— Тебе нужна Кирация, которой будешь править ты, — Отозвался Тейвон.

— Поверь, так будет лучше, — Она вновь похлопала ресницами, — Для всех.

— То, что ты смогла обвести нас вокруг пальца, еще не делает тебя королевой, — Тейвон шагнул к ней, и Ингерда отступила назад, словно опасаясь его приближения.

— А что сделало королем тебя? Только то, что ты родился в нужной семье.

— Это не имеет значения. Я делал ради Кирации все, что было в моих силах — мой народ не голодает и не бедствует, а границы защищены.

— Но твои ли это заслуги? — Ухмыльнулась Ингерда, — Или Реморы с Флетчером? Ты никогда об этом не думал?

Думал, черт возьми. Он думал об этом множество раз, и все время пытался представить, как бы он справлялся с королевством без них. “Нашлись бы другие” — говорил себе Тейвон, но был бы он в них так же уверен?

— Ты сделала все это только из-за того, что я не дал тебе корону. Не захотел исполнить твою прихоть, — Протянул Тейвон.

— Я была готова стать твоей тенью. Быть примерной королевой и рожать тебе детей. Но ты сделал другой выбор.

— И ты приказала Лукеллесу притащить меня сюда, чтобы убить? — Тейвон сделал еще шаг, и Ингерда снова попятилась назад.

Ее самообладание не было таким уж незыблемым. Под маской уверенной и расчетливой стервы скрывалась испуганная девчонка, хотя Тейвон и не догадывался раньше, что Ингерда способна ею быть. Он уверенно оттеснял ее к краю парадного зала — скоро Ингерда уткнется спиной в стену, и что тогда? Позовет своего головореза, чтобы он избавился от Тейвона? Тогда зачем вообще нужен этот разговор? Попрощаться?

— Мне не нужна твоя смерть, — Ингерда подняла на него глаза.

— А что же нужно? — Тейвон продолжал наступать.

Странно, что наемник все еще никак не реагировал. Вдруг Тейвон прятал в рукаве кинжал? Должно быть, это Ингерда приказала ему не вмешиваться. Она знала, что Тейвона можно не бояться.

— Ты скоро сам узнаешь.

Она вновь отступила назад — крохотный шажок, но Тейвон его заметил. Не выдержав, он спросил:

— Ты что же, меня боишься?

Улыбка на губах Ингерды померкла. Сейчас она и вовсе казалась той самой придворной дамой, в которую Тейвон когда-то влюбился. Он и сейчас не чувствовал к ней ненависти. Только разочарование.

— Не тебя, — Прошептала она, — Себя.

В глазах у нее промелькнула целая буря из чувств, и в то же время лицо ее обдало таким холодом, что Тейвон застыл на месте. Он стоял и смотрел на своего врага, на женщину, обманувшую его, отнявшую у него трон, Престона, Эйдена, и надевшую корону на плешивую голову Лукеллеса. Она была отвратительна и прекрасна одновременно. Ее хотелось убить.