Хелдор кивнул, после чего, отдав девушке торбу и теплый плащ, отправился за скакуном.

Часовых, ясное дело , никто не хватился. Обойдя небольшую вереницу валунов, он подошел к небольшой лошадке, осмотрел ее, после чего сунул ей сухарик, погладил, и что-то пошептал на ухо. Лошадь тряхнула головой, после чего потянулась губами, прося еще угощения.

- У тебя будет новая хозяйка, девочка, она даст тебе яблочко. Ну-ну-ну, давай ослабим немного седло, они даже с тебя его не сняли, подумать только…

Он взял кобылу под уздцы и, озираясь, вывел из лагеря. Хелдор вскоре вернулся к Хилии, которая , пытаясь успокоиться, перебирала свои припасы.

-Мне кажется… Это твое – Она развернула тунику красного сукна, в которую могла бы завернуться дважды.

-Чем ближе к городу, тем холоднее будет, оставь. Я увидел, что у тебя кроме плаща из теплых вещей ничего нет, вот и…

Хилия поцеловала Хелдора в щёку:

-Спасибо… И извини еще раз, что такое подумала…Ты хороший парень, тебе говорили?

- Намного чаще, чем я заслуживаю, поверь. Давай, взбирайся. Вся надежда на тебя.

- Я предупрежу гарнизон, и сразу поскачу к городу.

- Надеюсь, местные фогты догадаются собрать ополчение.

- Если там будут наши патрульные, то они их точно послушаются.

- Если мне повезет, то свидимся – Хелдор с улыбкой шлепнул лошадь по крупу и та, обиженно взвившись, сразу перешла на легкий галоп. Хилия довольно непринужденно удержалась в седле, потому была надежда что, как минимум, до ближайшего патруля она доберется без проблем.

Хелдор приблизился к спящему лагерю, последний раз бросив взгляд на убитых. Утром их заметят, но какая уже разница. Пройдя немного вглубь, он смог заметить, что лагерь разделен на «гномью» половину, и «людскую». Никаких ограждений не было, но союзники друг другу не особо доверяли – между ближайшим рейдерским навесом и громко храпящим гномом пролегала полоса длиной метров пять, не меньше. У многих воинов Теодорика на поясах были те самые скармасаксы, что он видел раньше, чем можно было воспользоваться.

Хелдор стянул длинных нож у одного из спящих. После этого подошел к спящему гному, который ближе всего лежал к людям. Не раздумывая, он вскрыл бородачу горло, и тот смог лишь тихо булькнуть. Юноша бросил кинжал рядом. Конечно ни один убийца, даже самый тупой, не оставит нож на месте преступления - но ослепленные яростью гномы вряд ли обратят на это внимание. Он едва не хихикнул, как нашкодивший отрок, и тихонько покинул лагерь, держась тени скал…

- Проклятье, что это за шум?! Готовятся к штурму! Бойцы, к оружию! – Вопль Карви и рев рожка подняли на ноги всех спящих защитников крепости, а часовые на стене подтянулись и надели шлемы.