— Гатнак решил стравить нас с сестрицей покойной Эйтэн… — Кнавт, кривя физию, всячески изображая паршивое настроение, фыркал, нервно потирал ладони об одежду и часто подходил к окну, якобы высматривая что-то там вдали, — …Знает ведь, хиф травленный, — он опустил нецензурщину, хотя вместо пса на языке мажорика явно крутилось совершенно иное «существо», — …пока мы делим имущество, вся выгода будет литься к нему в карман рекой.

— Ну, а ты? — шеймила я баронишку, заранее зная, чем закончилось микротуса.

— А что я? Эта дрянь приехала сразу после того, как я устроил инквизиции свой «Раметип» и начала предъявлять мне личные права на земли, — Лиужеродского аж передёрнуло от одного упоминания не самой приятной тётки во всём королевстве, будто склизкой болотной жижи силой залили ему в рот, — Но во славу нашему «Повелителю» и… пулемёту, — Кнавт впервые за нашу встречу задрал нос, — …удача была на моей стороне, — он едва заметно, явно ликуя внутри, дёрнул уголком губ и привычно потёр палец с перстнем об одежду.

— Ну да… — я скрывая радостные эмоции, мысленно суммируя количество своих уже имеющихся и потенциально новых деревень, наконец-то выцепила себе из огромного тяжёлого на вид сундука праздничный прикид баронессы с вышивкой на рукавах и богатую накидку с глубоким капюшоном, чтобы скрыть свои ярко-розовые волосы. Уж флексовать, так флексовать перед пиплами, чтобы не задирали по поводу «неведомых стилей» в почитаемом «святилище».

Ладно хоть у них платочком не нужно покрывать голову… Хотя… — отмахнулась я, — и своих заморочек хватало, — я сжала кулак с зеркальным кулоном и зыркнула на Кнавта.

— А теперь… эм-м-м… — я замялась… жестами и взглядом намекая Лиужеродскому, что хочу остаться одна, дабы облачиться в «благородное» одеяние.

Выгонять из комнаты хозяина замка было как-то невежливо, но и обнажаться в его присутствии я не собиралась. Слишком много чести.

— Ох., и чего только не сделаешь, ради достижения цели, — как только комната опустела, я краснея оглянулась по сторонам и попросила «ИИ» зафиксировать двери, чтобы ни единая душа, не посмела отвлечь меня от превращения в «средневековую» баронессу.

— «Разум» уместно процитировал Шекспира.

* * *

Мысли… и даже не вслух.

Переодевание? Хм… — мой хитрый взгляд.

Это действительно была одна из мини-мини по тайму ролей, но важной по своему содержанию, в одной большой игре, которую затеяла я сама — «Расшатать скрепы средневекового мира».

Оу! Как я мечтала поселить страх в сердцах людей. Я закрывала глаза и видела, как их охватывает паника… истерика!