Светлый фон

— Удачи, капитан, — сказал он.

Габриэль оглянулся. Он посмотрел вверх, на ожидающие войска, а затем на врата. Свет стал намного ярче.

А потом раздался звук, похожий на звон колокола, на звон серебра или хрусталя. И этот звук заполнил весь зал.

Морган поднял щиты, как и Петрарка, и Танкреда, и двадцать других магистров.

Габриэль вошел в свой Дворец, где стояла на пьедестале его наставница.

Дворец, где стояла на пьедестале его наставница.

— Аве, Пруденция, — сказал Габриэль.

Аве, Пруденция, — сказал Габриэль.

— Аве, — ответила она и изогнула в улыбке белые мраморные губы. — Ты стоишь на пороге. Я слышу музыку сфер.

Аве, — ответила она и изогнула в улыбке белые мраморные губы. — Ты стоишь на пороге. Я слышу музыку сфер.

Он кивнул. Он сделал все возможные приготовления, как будто на экзамене у наставницы. Поднял щиты, готовые мгновенно сработать, запас копья света, облака тьмы, огненные шары, меч, который создал сам, и еще кое-какие сложные тонкие заклинания, позаимствованные из угасающего разума Аль-Рашиди.

Он кивнул. Он сделал все возможные приготовления, как будто на экзамене у наставницы. Поднял щиты, готовые мгновенно сработать, запас копья света, облака тьмы, огненные шары, меч, который создал сам, и еще кое-какие сложные тонкие заклинания, позаимствованные из угасающего разума Аль-Рашиди.

Он создал единственный щит чистого зеленого цвета и баклер из живого золота. Возможно, такого крепкого защитного заклинания он еще не творил в своей жизни.

Он создал единственный щит чистого зеленого цвета и баклер из живого золота. Возможно, такого крепкого защитного заклинания он еще не творил в своей жизни.

— Готова? — спросил он.

Готова? — спросил он.

— Для этого ты был рожден, — улыбнулась Пруденция.

Для этого ты был рожден, — улыбнулась Пруденция.

— Что? — Он испугался. — Откуда тебе это знать?

Что? — Он испугался. — Откуда тебе это знать?