— Эта война за врата. За… за что бы они ни боролись, — он взмахнул руками, — это было очень давно, очень. Кто-то построил сеть герметических врат. Деркенсан прозвал ее Небесной дорогой, и мне нравится. Не очень точно, но все-таки. Эта Небесная дорога нужна была для объединения всех герметических рас. Но вместо этого она стала путем войны. Они все… — он посмотрел за дверь, — они как фехтовальщики-соперники, которые очень хорошо знают друг друга. У них есть всякие уловки, но им известен стиль друг друга. Ты научил меня этому, Габриэль.

Габриэль читал другие письма. Даже в момент ужасной беды его забавляло, что он получил сообщение от Алкея, который вел остатки имперской армии через Зеленые холмы. Сначала птица принесла это письмо в Арле, потом гонец верхом проехал через ад, чтобы доставить послание в армейский лагерь в мире, который его люди прозвали Арденом.

— Да, — сказал Габриэль.

— Заклинание дракона, как мы его называем, слишком сложное. Оно выстроено на множестве довольно небрежных базовых заклинаний, это сочетание сотен мелких заклинаний, которые никак не соединить как следует, и мне…

— По делу что-то будет? — спросил Габриэль, читая очередные плохие новости, и велел Макгилли: — Позови сэра Майкла.

— Да! — расстроился Мортирмир. — Мы собираемся все это изменить. Нам не нужно запоминать великие заклинания, зазубривая их составляющие, придуманные ирками и Стражами, которые мыслят совсем не так, как мы. Мы можем стереть это все и написать новые заклинания. Но именно потому, что никто этого не делает, можно выучить все реакции и использовать старые.

— Ну да, понял тебя. Но прямо сейчас мне нужно сразиться с армией из иного мира в третьем мире, и я уже примерно на два дня опаздываю спасти свой собственный. Но если ты прав, — он посмотрел в слегка безумные глаза Мортирмира, — если ты прав, Морган, то мы действительно чудовища, и драконы правильно делают, что нас боятся.

Морган рассмеялся.

— И вообще-то они правы. Знаешь, почему я использовал громоздкое заклинание Аль-Рашиди?

— Потому что знал, что оно сработает? — предположил Габриэль.

— Нет, — самодовольно ответил Морган. — Потому что я берегу серьезные вещи для настоящего боя.

Юный магистр чуть не подпрыгивал от волнения.

— А как у тебя с запасом сил? — спросил Габриэль. Вошел Майкл в армейском плаще поверх ночной сорочки.

— Ужасно, — признал Морган. — Здесь вообще нет силы. Все израсходовано.

— Израсходовано? Морган, ты уже говоришь непонятнее мастера Смита. Майкл, будем сражаться. Сегодня. Похоже, это армия саламандр. Очень быстры, горячи на ощупь, отлично обращаются с оружием.