— А знаешь что? Насрать, кто удавил эту мразь! Сегодня вечером напьюсь за их здоровье и за покой всех наших, которых эта возомнившая себя неприкасаемой погань убила или подставила!

— Согласен. Сдадим бумаги и вечером всем отделом в «Бухту».

Интерлюдия 2

Подполковник имперской разведки Лоренц или просто Полковник с нечитаемым лицом перебирал бумаги, доставленные помощником. Отточенный разум анализировал информацию, перебирал множество вариантов и прикидывал возможную последовательность действий.

Под конец мужчина положил в папку последний лист и, убрав её в стол, стянул с длинного, чуть крючковатого носа очки. Переминающийся рядом молодой двадцатилетний парень не выдержал и всё-таки задал вертевшийся на языке вопрос:

— Почему вы не сказали, что вызвали боевую группу, подполковник?

Мужчина еле заметно прищурился, подавляя вспышку раздражения. Полковник, терпеть не мог приставку «под» в своём звании. Увы, но уже многие годы он не мог от неё избавиться. Не потому что он плохой разведчик, просто всегда находились более достойные кандидаты на повышение, чем сын нищего дворянина, потомок выслужившего дворянство солдата. Всегда находились более знатные, более богатые, обладающие большим количеством связей в верхушке — и далее, далее, далее.

Иногда доходило до того, что не успевший сбрить первый юношеский пушок мальчишка, из заслуг имевший только правильное происхождение, занимал высшую офицерскую должность: ведь по бумагам он служил с рождения. К счастью, это касалось лишь армейцев, к которым стремилась жаждущая славы дворянская молодёжь. В родном ведомстве Лоренца до такого маразма пока не докатились.

Тем не менее разведчик давно понял, что если и получит повышение, то только перед отставкой. Он и так прыгнул выше головы, удачно подставив своего начальника и заняв его место. В конечном итоге, как понимал мужчина, ему грех жаловаться. Несмотря на досаждающую приставку «под-" Лоренц занимал полноценную полковничью должность, а власти имел не меньше иного генерала, так что он внутренне смирился с таким положением дел.

Да, смирился — но неприязнь к стремительно взлетающим по карьерной лестнице «золотым детишкам» давно стала частью характера уже немолодого разведчика.

И теперь яркий представитель нелюбимой Лоренцем прослойки, стоял перед ним и требовал ответа с таким видом, будто бы это он, Полковник, обязан перед ним отчитываться. К его огромному сожалению, жёстко поставить на место зарвавшегося сопляка не просматривалось никакой возможности. Сынок одной из министерских шишек, отправленный сюда набираться опыта, мог позволить себе подобное поведение. В конце концов, не пройдёт и года, как они сравняются в звании, а ещё через пять этот наглый блондинчик, учитывая должность его отца и связи матери, вполне мог стать генералом в центральном управлении. Одно радовало — скоро щенок вернётся в Столицу и перестанет мозолить глаза своей наглостью и глупостью.