— Но как же… то, что произошло? — всё ещё не смотрела она на меня, хотя и против руки, забравшейся под полу расстёгнутой рубашки, совсем не возражала.

— Как я сказал, это прибавляет к нашим отношениям, а не отнимает от них. Будь собой, продолжай оставаться такой же прекрасной и милой в своей строгости сестрёнкой, а остальное… оно придёт само и встанет так, как нужно, — моя правая рука скользит выше, чтобы ласково огладить её левый холмик. Такой мягкий, нежный, увесистый… с уже твёрденькой вершинкой.

— Л-ладно… — неуверенно выдавила она.

— Вот и отлично, — поднимаю её лицо за подбородок и накрываю розовые губки своими, после чего, вновь огладив её бедро, скольжу ладонью выше и начинаю разминать грудь, что абсолютно беззащитна в силу расстёгнутого состояния рубашки. — Кстати о "само" и "встанет"… — чуть отстраняюсь, давая ей вздохнуть, но не прекращая игры с верхними достоинствами леди.

— Ох… ну почему ты то ведёшь себя словно какой-то легендарный мудрец, то хуже развратного и похотливого мальчишки? — уже сама очень даже возбудившись, потешно надула на меня щёчки девушка, пытаясь показать, какая она сердитая и ух!

— Потому что тоже остаюсь собой? — "состроил я глазки", уже стягивая с неё рубашку.

— Ты стал ещё хуже! — она попыталась сказать это сурово и внушительно, вот только тонкие женские пальчики уже проделывали с моей одеждой ровно то же, что я проделывал с её.

— Опыт иной жизни, полагаю, — пожимаю плечами, заодно этим жестом скидывая танчжуан, — но я остался собой. Всё таким же несносным. И очень любящим мою сестрёнку, — договорил я перед тем, как начать повторно знакомиться с шейкой красотки посредством своих губ и языка.

— М-м-мх, Лян… Ю!.. — а теперь поможем руками, и… — А-а-ах!

— Кажется, кому-то очень нравится то, что я творю, — отрываясь от дегустации нежной шейки, прошептал я в аккуратное ушко, параллельно продолжая гладить оголённую попку девушки, порой провокационно подбираясь сзади к её щёлочке.

— К-какой разврат, — Янь уткнулась носиком мне в ключицу, крепко обняв за торс.

— Он самый, — я довольно улыбнулся, проводя кончиками пальцев вдоль позвоночника красотки. Пусть прошлый заход и был "подстёгнут" Ци, я не терял контроля и прекрасно запомнил, как сестрёнке нравится больше всего. И теперь собирался на полную воспользоваться полученным знанием.

— М-м-м, — воительница выгнулась дугой, непроизвольно потеревшись затвердевшими сосочками о мою грудь и немного ослабив хватку.

Этим я и воспользовался, чтобы вновь захватить в плен губы красавицы и приступить к практике в поцелуях. Немного растерявшаяся от такого напора Янь приоткрыла ротик, заранее "сдавая позиции", а потому в следующее мгновение уже была вынуждена бороться с моим языком, проникшим на "чужую территорию". И с каждым мгновением эта борьба увлекала её всё сильнее, а в её движениях всё отчётливее начинало чувствоваться нетерпение. Нежные девичьи руки заскользили по моей спине, плечам, пытаясь то ли огладить, то ли впиться ногтями, а быть может, оттолкнуть. Су Янь явно сама толком не понимала, что же хочет сделать, но что-то сделать ей явно хотелось. И с каждой секундой поцелуя и связанной с ним борьбы языков это желание только возрастало. Да и мои руки, вернувшиеся к оглаживанию податливого женского тела, всё лучше ощущали жар, что поднимался снизу её живота.