Она никак не могла смириться, что, обладая капиталом, которого с лихвой хватает на приобретение целой страны, не может купить здоровье.

Я же не жадная. Я же не прошу молодости и красоты?

Да и зачем? Красивой она никогда не была и понемногу пришла к мысли, что красота была бы помехой, тормозила бы ее честолюбие. Что до молодости, ее называли «Старушка Джи-Ти», и это ей льстило. Это ставило ее детище, с которым у нее были общие инициалы, на одну доску со «старыми» понятиями: Старый Свет, Старый Ник, Старушка Земля…

А сегодня, когда близился к развязке самый рискованный гамбит ее жизни, логично было ознаменовать победу какой-нибудь церемонией. Если бы только не пришлось спускаться сюда, в этот промозглый компьютерный храм…

Бдительный младший референт тут же позаботился, чтобы укутать ее потеплее, и раздражение спало. В ожидании заветного, назначенного срока она погрузилась в задумчивость.

Я тревожилась из-за рекомендации Элиу, никогда не была высокого мнения о молодом Хаусе, но в свое время научилась распознавать, когда оппонент упирается. И, если бы понадобилось, в любой момент можно было бы его отозвать. А он-то, ох как живо он скрутил бенинское правительство. С завтрашнего дня я буду заправлять не просто корпорацией, а целой страной, которой никогда не видела!

– Все готово, мадам, – уведомил ее тихий голос, и она перевела взгляд на загадочный силуэт Салманасара, которому она дала возможность появиться на свет и которого совсем не понимала.

Интересно, не это ли временами испытывает по отношению к Своим тварям Господь Бог?

Она любила произносить речи на банкетах и презентациях, поскольку упивалась похвалами и воздаваемой ей данью, но в настоящей ситуации это явно неуместно. Сама она на похвалы скупилась, бдительно их нормировала и одаривала ими только тех, кто мог бы их оценить: на совещаниях акционеров, которым нравилось ощущать величие и торжественность мультимиллионной корпорации. Сейчас же ожидалось собрание персонала, большинство из которого были учеными, как нельзя более далекими от реального мира, где вершились большие дела. Мужчина в белом халате щелкал переключателями, а за ним внимательно наблюдали его коллеги и собравшиеся члены совета директоров. Все как будто ужасающе затягивалось.