— А у меня есть танки? — спросил я.

— Одна дивизия.

— Артиллерия?

— Один дивизион.

Об авиации я не спрашивал. Знал, что в этом мире на воздушные силы полагаться всерьёз пока не приходится.

— Ваша задача — сдержать наступление противника и прорвать блокаду, — закончил Второй. — При минимальных потерях, разумеется. На решение задачи вам даётся...

— Характер наступления? — спросил я.

— Что, простите? — удивился Второй.

— Ну, противник ведь уже начал наступление, верно? Как именно он это делает? Массированный удар?

— Вы можете подойти к экрану и взять указку, — проворчал Второй. — Я же верно понял, что решать задачу собираетесь на ходу? Не тратя времени на такую ерунду, как подготовка?

— Если правильно помню, за решение без подготовки дают дополнительные баллы, — сказал я.

— Вы правильно помните, — обалдело подтвердил Третий. — Но подобных прецедентов в истории академии...

— Помолчи, Давид Акопович, — оборвал его Второй. — Господин Барятинский уверен в своих силах. — Повернулся ко мне. — Ведь так?

— Я буду решать задачу без подготовки, — кивнул я. — Подошёл к экрану, взял закреплённую на стене под ним указку. — Я задал вопрос, господин...

— Меня зовут Илларион Георгиевич, — буркнул второй.

— ... Илларион Георгиевич.

— Я помню ваш вопрос. — Второй поднял карандаш. — Массированный удар?.. О, нет! Противник атакует различные участки периметра один за другим, тем самым рассеивая ваше внимание.

Он с довольным видом посмотрел на меня. Вдоль красной линии, окружившей город, появились широкие стрелки.

— И тем самым нарушает один из главных принципов военной стратегии? — удивился я. — Массированное применение войск? Отказывается от сильного, концентрированного удара?

— Применяет военную хитрость, — процедил Второй.