Светлый фон

Даже золотари могут диктовать свои условия, если выступят единым фронтом. И если знают, чего конкретно и каким путём хотят достичь, да. Вот перестанет работать канализация, а повозки с мусором перестанут курсировать по ночным улицам — и Столица за несколько дней потонет в отходах и нечистотах. Хотя, казалось бы, что могут представители этой грязной и презренной профессии?

Но нет: мы просто соберёмся и поорём! Без программы, без вразумительных требований, просто перегородим проезд и начнём громко жаловаться. Будто кто-то придёт и пожалеет.

Как можно понять, чувства, транслируемые собравшимися, и сама их стачка вызывали у меня сложные и противоречивые эмоции.

Одна часть обоснованно злилась на тех, кто довёл людей до такого состояния, и сочувствовала пролетариям, кои не добьются справедливости. Осознание, что я защищаю в том числе и такую Империю, тоже не добавляло радости. Как не добавило позитива и понимание, что ничего с этим поделать я не могу. Точнее, я могу влезть в конкретно эту забастовку и попытаться что-то изменить, с риском сделать хуже, а также гарантией подставиться под пристальное внимание Сайкю, Онеста и прочих. Но что бы в итоге ни получилось, в глобальном плане это ничто.

такую

Тёмная же сторона, сроднившаяся с холодом тейгу, которую разбередила не имеющая достойной цели злоба на неугодное положение вещей и собственное бессилие его изменить, извратила праведный гнев меня-Виктора, и теперь пренебрежительно кривила губы, глядя на это безвольное стадо, что само позволило обращаться с собой как со скотиной.

«Глупые, слабые, безвольные. Даже перед лицом медленной смерти не способные действовать вне толпы… а в толпе единственное, что могут — громко блеять или устроить погром непричастным — таким же, как и они сами, трудягам. Н͈̘̖̳̭͢и̡̮ͅзш͙͖̯̪̣͢и̢͇̟͖е̨̯̰͚ с̡̝̙̘у̡͇̤щ̧͙̩͙̮е̨͈͖͓с̧̖̠͈т̧͎͉̠в͓̖͢а̢̗̲̩̲.̢͇̪͉ Ч̨͓̩̙е̡̮͔͕̱рв̡̗̬͚и̡̤̫͔͉.͎̬̜̙͎͢ П͉̰̭͢и̧̥͎͉щ͙̮̬͉̰͢а̢̳̩!», — назойливо шептало нечто на задворках сознания.

«Глупые, слабые, безвольные. Даже перед лицом медленной смерти не способные действовать вне толпы… а в толпе единственное, что могут — громко блеять или устроить погром непричастным — таким же, как и они сами, трудягам. Н͈̘̖̳̭͢и̡̮ͅзш͙͖̯̪̣͢и̢͇̟͖е̨̯̰͚ с̡̝̙̘у̡͇̤щ̧͙̩͙̮е̨͈͖͓с̧̖̠͈т̧͎͉̠в͓̖͢а̢̗̲̩̲.̢͇̪͉ Ч̨͓̩̙е̡̮͔͕̱рв̡̗̬͚и̡̤̫͔͉.͎̬̜̙͎͢ П͉̰̭͢и̧̥͎͉щ͙̮̬͉̰͢а̢̳̩!»,

Заключённая в артефакте сущность традиционно стремилась свести любое негативное чувство к ненависти и желанию уничтожать, безадресному, равно направленному как на виновников, так и на жертв, сочувствие к которым и вызвало злость на несправедливость.