Хамнер гадал про себя, что же их теперь ждет. Утром уйдет последняя шлюпка КД, и Кодоминиума не будет... Завтра Хэдли останется один на один со своими проблемами!

— Смир-рна!— проревел гул голосов четкая команда Кальвина.

— Сидите, пожалуйста, господа,— Фалькенберг занял свое место во главе стола в командном помещении того, что было центральным штабом Десантников Кодоминиума.

За исключением мундиров и знамен было мало перемен по сравнению с тем, что уже называли «старыми временами».

Офицеры сидели на обычных местах для заседания штаба полка. На одной стене висели картины, а на другой господствовал выводной экран компьютера. Стюарды в белых куртках принесли кофе и незаметно удалились за двери, охраняемые вооруженными часовыми.

Фалькенберг смотрел на знакомую сцену и знал, что полицейские силы занимали казармы Десантников всего три дня, Десантники же были здесь двадцать лет.

На месте, зарезервированном для полкового офицера разведки, сидел, развалясь, штатский. Его френч был пестрого цвета, он был одет по нынешней земной моде: яркий галстук и мешковатые рукава. Вместо ремня был длинный кушак, скрывавший его карманный калькулятор. Высшие классы Хэдли только-только начинали носить такие наряды.

— Мы все знаем, почему мы здесь,— обратился Фалькенберг к собравшимся офицерам.—Те из вас, кто служил со мной раньше, знают, что я нечасто провожу штабные совещания. Они, однако, общеприняты среди наемных частей. Главстаршина Кальвин будет представлять рядовой состав полка.

Послышались приглушенные смешки. Кальвин воевал вместе с Фалькенбергом восемнадцать стандартных лет. Предположительно у них бывали различия во мнениях, но их никто никогда не замечал. Мысль, будто ПГС будет противостоять полковнику от имени солдат, была забавной. С другой стороны, никакой полковник не мог позволить игнорировать взгляды своего сержантского кубрика.

Жесткие черты лица Фалькенберга слегка расслабились, словно он оценивал собственную шутку. Его глаза прошли по лицам присутствующих, Все в комнате прежде были десантниками, и все, за редким исключением, служили с ним и раньше. Офицеры-прогрессисты были где-то на задании. И чтобы этого достичь, не вызывая подозрений, потребовалось осторожное планирование начальника строевой подготовки.

Фалькенберг повернулся к штатскому.

— Доктор Уитлок, вы пробыли на Хэдли шестьдесят дней. Это не очень долгий срок для изучения планеты, но это примерно все то время, что у нас есть. Вы пришли к каким-нибудь выводам?

— Да,— Уитлок говорил, сильно растягивая гласные и, по мнению большинства, не из-за природного акцента.— Немногим отличается от оценки флота, полковник. Не могу понять, зачем вы пошли на лищние расходы, связанные с доставкой меня сюда? Ваша разведка знает свое дело примерно так же хорошо, как и я свое.