Адам двумя широкими шагами догнал Дотта.

— Ты говорил о мерзких ощущениях в молекулярном анализаторе. Что ты имел ввиду? — заговорил он. — Скорее всего мне всё же придется пройти через него.

— Ты даже этого не помнишь. Хотя! — Дотт махнул рукой. — Неудивительно, если твои мозги собирали по всему полю.

— Ты преувеличиваешь, — Адам попытался вплести в свой голос нотки обиды. — Но все же, я, действительно, многое не помню.

— Исчезаешь не сразу, а отчетливо видишь, как разваливаешься на молекулы, обнажаются участки твоего тела, ввергая в животный страх своим чудовищным видом, — принялся объяснять Дотт видимо поверив в забывчивость Адама. — Ты видишь свои внутренности в их самом неприглядном и отвратительном виде.

— Как это? — Адам невольно остановился, но тут же догнал Дотта. — Это же невыносимая боль.

— Они подавляют её.

— А разве нельзя это делать по другому, более гуманно?

— Конечно можно. Но видимо это доставляет им наслаждение.

— Даже так? — лицо Адама исказилось гримасой досады. — А все же, почему они не стали сегодня делать мой молекулярный анализ?

— Их же кто-то грохнул! — удивлённо произнёс Дотт.

— А те, которые потом прибежали?

— Это им зачем? Они же сервис, а не бешеные.

«Даже так. Выходит и у шхертов есть деление на какие-то кланы: сервис, бешеные, — замелькал у Адама новый ток мыслей. — А если это представители разных народов цивилизации шхертов? И кто из них опасней? Вполне вероятно, что бешеные более прямолинейны и открыты, их действия более предсказуемы и понятны, они злы и решительны и скорее всего, вначале делают, а уж затем думают и если беспрекословно выполнять их желания, то есть шанс выжить. Сервисы же, более умны и действуют хитрее. Им не нужен молекулярный анализатор. Один из них едва коснулся меня, тут же сделал определенный вывод, хотя я его поле едва почувствовал. Сервис? Весьма странное название их клана. Может в нём скрыт какой-то смысл? И то что я сейчас на свободе, скорее всего, явление временное. Они непременно будут меня искать, если не сегодня, то завтра, однозначно. Но я ведь отчетливо почувствовал достаточное психотронное поле бешеного, атаковавшего меня, которым бы он мог сделать любой анализ, не прибегая к помощи какого-то анализатора, Что-то здесь не так?» — окрасились чувством тревоги последние мысли Адама.

— А почему же сервисы не запретят бешеным столь бесчеловечный анализ? — поинтересовался он у Дотта.

— Сервисы! Бешеным! Ха-а! Они же шхерты. Мы для них ничто. Придорожная пыль, — Дотт махнул рукой.

— У тебя это не первый анализ? — поинтересовался Адам, по голосу Дотта чувствуя, что это для него, будто, ежедневное взвешивание.