Через некоторое время показалась и та дорога между скал, которая вела в посёлок аборигенов. Девушка встрепенулась.

— Лиусел! Лиусел! — громко произнесла она, тыкая пальцем в лобовое стекло. — Там остался мой дом, — уже тихо произнесла она.

— В таком случае, навестим твой дом и нормально отдохнем, — заговорил он. — В летательном аппарате мне уже порядком надоело. Где он?

Он поднял стелт выше и посёлок аборигенов стал виден полностью.

Силистера продолжила тыкать пальцем в лобовое стекло, насколько понял Адам, показывая на одиноко стоящий дом на самом краю посёлка, даже чуть в стороне от него.

В нескольких метрах от дома была достаточно ровная площадка коричневой поверхности, будто специально предназначенная для посадки летательных аппаратов.

Посадив стелт, Адам опустил трап и вышел наружу. Было жарко, но местное солнце уже склонились к горизонту, говоря о том, что приближается вечер. Обойдя стелт и убедившись, что посадочная площадка надёжна, он направился к дому, к которому уже подходила девушка.

Дом, в принципе, оказался таким же, в который он заходил, в посёлке будучи в носителе кузнеца, только всё внутри было покрыто толстым слоем рыжей пыли, которая фонтанами брызгала из под ног в стороны. Остановившись посреди дома, Адам состроил удрученную гримасу.

Видимо поняв его состояние, Силистера шумно вздохнула.

— В салоне есть освежитель, — заговорил Адам. — Я принесу. Воспользуйся им и ты быстро наведёшь здесь порядок.

Развернувшись, он ушёл и сняв со стенки летательного аппарата так называемый освежитель, который одновременно являлся многофункциональным бытовым прибором, и один из светильников салона, вернулся в дом и показав Селистере, как ими пользоваться, вышел из дома, решив осмотреть территорию вокруг него.

Обойдя вокруг дома, Адам увидел поодаль участок почвы со странной широколистой травой, которая разительно отличалась от виденной им до сих пор травы. Влекомый любопытством, он направился в ту сторону.

Подойдя к участку, он осторожно дотронулся до широкого листа и с удивлением отметил, что он был совершенно не таким, как те листья, которые ему встречались до сих пор — он был не жёстким и не толстым. Взявшись за лист, Адам потянул за него — лист лопнул. Опасаясь попасть под струю воды, он поспешно отступил в сторону, но никакой воды из листа не потекло. Он поднёс оторванный кусок листа к глазам — место разрыва было лишь чуть влажным. Негромко хмыкнув, Адам направился в сторону, как ему показалось, нагромождения каких-то палок. Подойдя, он понял, что это ничто иное, как орудия труда — к палкам были привязаны металлические предметы, разной ширины и толщины.