Таким он должен был быть…

Одержимый прошел под аркой и остановился на краю огромного резервуара. Внизу стояла мутная коричневая жижа, из многочисленных отверстий в стенах сочилась грязная вода, тусклый утренний свет прорывался внутрь сквозь металлические решетки небольших прямоугольных окошек под высоким потолком.

Обнаруженное Киатором на старинных схемах города загадочное помещение в подземельях под кварталом фей — всего лишь вонючий отстойник. А катакомбы под историческим центром Камиена — обычная канализация.

— Кхм… Ахин, это место не похоже на тайное святилище, — констатировал факт Диолай. — Нет, конечно, сосуд сущности Света можно спрятать там, — он указал взглядом на дно резервуара: — Уж там-то точно никто ничего искать не станет. Очень хорошее место. Если бы у меня была личная канализация, то я, естественно, именно в ней хранил бы все свои ценности…

— Заткнись, — проворчал Одноглазый. — Здесь нет никакой сущности Света. Это было понятно с самого начала.

«Он прав. Ее здесь нет. Ее никогда здесь не было».

Все снова пошло наперекосяк. Все закончилось не так, как должно. Еще одно поражение… Нет, не еще одно. Это последнее поражение. И оно же — самое первое. Ибо изначально все было неправильно.

Ахин молча открыл мешок, висящий за спиной сонзера, и принялся копаться в вещах. Выбросив остатки скудного провианта, пучок трав знахарки Илакаи, моток веревки, обрывки тряпок и еще какой-то хлам, он наконец добрался до дна и достал книгу Киатора.

Полистав потрепанные страницы рукописи, одержимый подошел к краю отстойника. Кладезь знаний в его руках был слегка подпорчен влагой и плесенью, а также небольшими неточностями, недомолвками, смелыми теориями… и, как оказалось, ошибками. В чем-то Киатор заблуждался совсем немного, в чем-то — весьма существенно. И Ахин смог найти самую серьезную ошибку названного отца. Но какой ценой…

— Они все погибли зря, — одержимый вытянул руку с книгой вперед. Ее место там, среди помоев и нечистот.

Но он так и не смог разжать пальцы. Почему? Да потому что Киатор ни в чем не виноват. Старик хотел восстановить равновесие изначальных сил и уберечь этот жалкий обломок мира от дальнейшего разрушения. Он писал о прошлом и пытался создать будущее. А кто такой Ахин, чтобы обвинять в чем-то мудрого сонзера? Всего лишь мелочь. Бесполезная мелочь и жертва обстоятельств, попавшая в центр кровавого водоворота событий.

Одержимый засунул рукопись за пояс. Он был полностью опустошен, но с ней почему-то все еще мог считать себя… кем-то. Кем-то, кто ему очень не нравился. Но так Ахин хотя бы понимал, что все еще жив. Зачем? Чтобы увидеть окончательное поражение чудовища, терзающего агонизирующий мир. Чтобы увидеть свое поражение. Не он положил начало ужасной ошибке, но именно он подвел ее итог. Итог, который никогда не станет новым началом.