Я думал, что стоит мне только выйти из бункера, как большая часть вопросов прояснится сама собой, но вот я вышел и вопросов стало только больше.

Жил я где-то в этих краях, потому что Сахалин относительно рядом с Владивостоком. Что-то около тысячи километров отсюда до Владика. Ладно, не совсем рядом, но климатическая зона почти такая же, а ещё Сахалин — это остров. И не должны снежные завалы в марте выглядеть так, будто они никуда не собираются! И уж точно они не должны быть такими высокими!

Никаких признаков жизни, никаких признаков осознанной деятельности, только выглядывающие из-под снега следы оставленного позади прошлого.

— Да, по-видимому, тут всё кончено, — заключил я и начал спуск с горы. — Надо найти вещички потеплее и двигаться в город, там точно остались какие-то ценности.

/город-государство Таеран/

— Связать их, — распорядилась Эстрид. — Приготовить к казни.

— Но… госпожа! Мы клянёмся вам в верности! — панически зачастил бургомистр.

Свита его загомонила, все очень сильно хотят жить, но некромистресс плевать на их желания и надежды — старое правительство Таерана ей не нужно, точнее не нужно живым.

Немёртвые схватили попытавшихся сбежать из тронного зала вельмож, после чего начали крепить их к заблаговременно приготовленным колодкам.

Управлять большим городом очень тяжело, глуп тот, кто считает иначе, но у Эстрид был план, который позволит сделать переход власти наименее болезненным.

Вельможи умрут, приняв особый яд, разработанный самим Алексеем Душным, после чего каждый из них станет немёртвым. А затем они вернутся к выполнению своих обязанностей, чтобы город продолжил жить.

Старая городская армия уже поголовно мертва, но Эстрид успела поднять лишь четверть из них. Эта четверть тоже уже вернулась к своим обязанностям, неся дозор на стенах.

Пробоину, сделанную тротилом и удобрениями, усердно заделывают живые горожане, насильственно согнанные для строительства — стена нужна и для их безопасности в том числе, поэтому платить им Эстрид не собирается. И так она слишком много работала, слишком много потратила и слишком многого лишила себя…

Теперь, когда город фактически взят, в её душе образовалось сосущее чувство пустоты, как оно обычно и бывает, когда достигнешь чего-то, к чему шёл очень долго и упорно. А что делать потом?

Она думала об этом, часами и днями. И у неё есть план, который она продолжает последовательно выполнять, пусть он и не приносит теперь ожидаемых ощущений триумфа и удовлетворения.

Фенрир, самый умный её мертвец, с загадочной полуулыбкой подошёл к первому из пока ещё живых вельмож, раскрыл ему рот и влил яд чайной ложечкой.