Черный меч во весь позвоночник, эфес на крестце, острие у основания шеи. В точности такой же, как у Данилы. Такие тату делали до перемирия – после убийства первого санклита, о чем свидетельствовал крест на рукояти.

Алекс – Охотник!

У судьбы черное чувство юмора! Чернее не бывает!

Я застонала в голос и закрыла лицо ладонями.

– Саяна? – Алекс подскочил ко мне. – Что случилось, малышка? Любимая, что с тобой?

– Ничего. – Я вдохнула поглубже и посмотрела на него. – Просто кошмар приснился.

– Напугала… – Он крепко обнял меня.

Я положила руки на его спину, физически ощущая этот проклятый меч. Кажется, им можно в кровь порезать руки. Так же, как он только что исполосовал мою душу…

Под всеми мыслимыми и немыслимыми предлогами я выпроводила Алекса за продуктами в магазин, в надежде, что теперь будет хотя бы несколько часов, чтобы собрать мысли в кучу, выплакаться и успокоиться.

Но судьба, начав троллить меня с утра пораньше, и не собиралась успокаиваться. Она только набирала обороты.

Я убедилась в этом, когда, стоя у окна и нервно теребя косу, услышала голос за спиной:

– Привет, занятная!

Рапунцель! Вибриссы вновь сработали, безошибочно предсказав в нашу первую встречу на автовокзале, что мы еще увидимся.

– И что ты тут делаешь? – обернувшись, со вздохом спросила я.

– Да по тебе соскучилась, сил нет! – прошипела она, осторожно подкрадываясь ближе.

Несколько шагов, и вот уже девушка около меня. Санклитский клинок хищно блеснул в солнечном свете, но шансов встретиться с моим сердцем у него не было – рефлексы и мастерство, переданные с кровью Горана, сработали молниеносно.

Одним движением я отбила ее атаку, отвела руку с кинжалом в сторону и сильно ударила о свое колено, заставив выронить оружие, потом завела руку за ее спину и подсечкой под колено уронила на пол.

– Может, хоть познакомимся сначала? – мне даже удалось усмехнуться. – А то ты, очевидно, знаешь, кто я, а вот мне приходится оставаться в полном неведении относительно того, кто и за что пришел по мою душу!