– Злата. – Процедила девушка сквозь зубы, морщась от боли.

– Очень приятно. – Я подняла кинжал – они прямо-таки сами липнут к рукам – и отпустила ее. – Тебе идет это имя. Ну, рассказывай, чем моя скромная персона так тебя прогневала, Злата.

– Шамиль Хан.

– И? Чего ты от меня ждешь? – я облокотилась о подоконник. – Или мы в ассоциации играем? Тогда – мерзавец.

– Ты ничего о нем не знаешь! – зеленые глаза полыхнули ведьмовским огнем.

– У нас викторина по тому, кто больше знает о Хане?

– Это не игры! Из-за тебя он погиб!

– Возможно. А то, что он заманил меня в ловушку, предав сына, кстати, дабы добраться до главы клана Лилианы, а потом отправил в Коцит, где из меня высосали все силы, не считается?

– Я любила его!

– Сочувствую. Погоди-ка! – вибриссы затрепетали. – Так это ты? Та санклитка, которую Хан привез из Петербурга и поселил в особняке Охотников?

– И что? – она со злостью смахнула слезы со щек. – Он любил меня! Хотел, чтобы мы всегда были рядом!

– Одно с другим не вяжется. – Пробормотала я. – Хан ненавидел санклитов. Из штанов готов был выпрыгнуть, лишь бы началась война.

– Да что ты о нем знаешь!

– Похоже, меньше, чем думала.

– А вот я о тебе знаю многое! – ее глаза заблестели. – И о Глебе, который отказался от тебя, и о Драгане, для которого ты Кара Господа.

– Это все знают. – Я устало пожала плечами. – Сплетня, как говорится, уже попахивает.

– Скажи, – Злата пристально вгляделась в мое лицо, – Драган ведь давал тебе кровь?

– Ты всерьез полагаешь, что мы с тобой, как подружки, начнем делиться интимностями?

– Давал! – она удовлетворенно кивнула. – Больше одного раза? О, да! Гораздо больше! А потом ты ушла от него.

– И что с того?