– Мне нет прощения, родная. – Тихо сказал Горан. – В тот день… Поверь, я вообще соображать перестал от ужаса и боли.

– Он словно до сих пор здесь, – моя рука легла на грудь, – когда ты рядом. Будто тело помнит.

– Саяна, я должен кое-что тебе рассказать.

– Тогда говори.

– В тот день, когда…

– Когда ты убил меня.

– Да. Кинжал оставался в твоей груди. Я понятия не имею, сколько прошло времени, но потом он… как это назвать, не знаю.

– Говори, как есть.

– Клинок растворился в тебе, родная. Словно его втянуло внутрь через рану.

– Это как? – я озадаченно посмотрела на него.

– Не знаю. Но все произошло на моих глазах. Потом забилось твое сердце.

– Ты поворот пропустил.

– Что?

– Мы проехали поворот.

– Извини. – Он развернулся, с тревогой поглядывая на меня. – Саяна…

– Не хочу это обсуждать. Спасибо, что рассказал. Но сейчас важнее найти Савву, а не копаться во всей этой мистике, от которой уже тошнит.

– Как скажешь, родная.

Мы подъехали к воротам дачного массива.

– Ну, вот и ключи пригодились. – Пробормотала я, открывая их.

Длинная аллея из кленов привела нас к двухэтажному коричневому домику с красной черепицей на крыше. Калитка была закрыта. Значит, его здесь нет. Но все-таки нужно убедиться.