Еще около получаса мы ходили вокруг да около, потом распрощались.

Какое же удовольствие – выйти на улицу и так глубоко вдохнуть уже по-зимнему обжигающий ледяной воздух, чтобы даже слизистой носа стало больно!

– Саяна!

Я обернулась.

– Данила!

Он подошел ко мне – похудевший, вновь отрастивший волосы до воротничка рубашки. В душе всколыхнулись воспоминания, поднимаясь с самого дна задворок памяти. Наши тренировки, ссоры, поцелуи. Кажется, все это было много жизней назад.

– Как ты? – я осторожно обняла его и отстранилась. – Как колено?

– Три операции. Уже хорошо. Слышал про бункер. Рад, что ты выбралась.

– Мне пора, Данила.

– Спасибо за все, Саяна. – Он крепко обнял меня.

Я поспешила отстраниться, не желая и дальше драконить Горана, и так уже сдавленно рычащего за моей спиной.

– Пойдем. – Пришлось взять его за руку, чтобы сдвинуть с места. – Хватит метать гром и молнии, товарищ Зевс.

– С каким удовольствием я бы!.. – не договорив, он стиснул зубы.

– Знаю. Но это все в прошлом.

– Не для меня.

– Горан, в том, что произошло, виноват Хан.

– Данила тоже Хан. Не думала об этом?

– И Юлия. Ее тоже подозревать во всех смертных грехах?

– Почему нет? – открыв передо мной дверь машины, санклит пожал плечами.

– У меня и так уже все Охотники вызывают недоверие. – Пробормотала я, сев в нее.