Но воля и разум короля, которые дали жизнь такому сонмищу воинов не выдержали. Король Ильканес страшно закричал и вторили ему все его воины. Он рухнул на землю и больше не встал, его объял огонь, давно снедавший его изнутри и наконец вырвавшийся наружу. Ничего не осталось от короля.

Воины, оставшиеся без своего властелина, обезумели. В попытке добраться до жителей Кайта они начали войну с озером. Но проиграли. Потом еще долго продолжалось безумие, долго земля менялась местами с лесом. Наконец, все успокоилось. Никто с тех пор не ходил в долину Кайт, забыли даже, где она находилась.

Бомбар замолчал.

Глава 43. Новые задачи

Глава 43. Новые задачи

— М-да, — сказал после затянувшейся паузы Тарплидав. — Весело это. И что нам тут делать, если это правда?

— Я все-таки не понимаю, вы так уверены, что мы в Кайте? — спросил Тиррал.

— Да, — мрачно ответил маг. — Об этом недвусмысленно свидетельствуют найденные нами документы.

Он открыл свою кожаную торбу.

— Вот, — на стол перед ним лег небольшой пергамент. — Язык ерро, сейчас его мало кто знает. Но многие знаки и выражения перешли в далайский, а он-то хорошо знаком и господину Бомбару, и госпоже Таресиде. Ерро активно использовался когда-то для записи звучаний. Вот это слово звучит именно как Кайт. Стоит в середине формулы, выше и ниже — предложения такой же структуры. Господин Бомбар предположил, что это примерно соответствует следующему: купец Имярек, гражданин города Кайта, купец Имярек, уроженец города Кайта, купец Имярек, уроженец города Банта, далее перечисление. Такие тройные грамоты и сейчас в ходу — один продает, другой покупает, третий перевозит. И город Бант известен, из той же хроники Тембринуса.

— Да уж, — мрачно заявил Тиррал. — Хорошо, будем считать, что это действительно Кайт. Что из этого следует? Завтра на нас деревья набросятся?

Рри вздохнул.

— Рассказ о проклятии короля Ильканеса и событиях, произошедших в Кайте явно символический. Я не думаю, что все происходило именно так.

— А как?

— Не знаю, — честно признался маг. — Мне не приходит ничего в голову. Вернее, по столь скудному описанию можно выдвинуть массу самых разных гипотез. Но ни одну из них не удастся предпочесть остальным.

Однако меня тревожит, что зачем-то старик притащил нас именно сюда.

Все посмотрели на Пургонда. Он не спал. Лежал тихо, с открытыми глазами. Глаза были пусты — вряд ли он слушал их, его мысли витали далеко.

После недолгого молчания слово взял Тиррал.

— Мне кажется, что по второму вопросу нужно сказать вот что. Как ни грустно это осознавать, но мы ни в силах ничего сделать. Старик нас сюда притащил, почему — не сказал и если не захочет — не скажет. Если нас ждут тут какие-то события, то в них придется принять участие. Видимо, увильнуть от них мы не сможем. Какая нам тут уготована судьба — можно хоть голову сломать, понять это и как-то к этому подготовиться мы все равно не сможем.