Идти было не меньше получаса, по раскисшей лесной тропинке. Несколько раз Тиррал поскальзывался, один раз рухнул в грязь, запачкав плащ. Но все равно упорно шел вперед.

Озеро встретило его ветром, он волновал его поверхность, вода накатывалась на топкий берег. Тиррал прошел немного по берегу, выбрал камень покрупнее, сел и стал смотреть.

Местные жители, привыкшие к этому виду с детства не могли оценить его любви к пустому глазенью. Тиррала же, выросшего в фамильном замке и все свое время прожившем на равнине водный простор завораживал. Отражавшая небо серая вода, полоска белых скал на дальнем берегу, две полосы леса — пониже светло-зеленая, со все разраставшимися желтыми и красными пятнами, и верхняя, темно зеленая, состоящая из стеной стоявших на склонах Маруганского кряжа елей и пихт. Чуть выше — светло-серые и красноватые скальные выходы. И низко нависшее небо.

Лесистый мысок скрывал от Тиррала галечный пляж, который использовался жителями Валунов в качестве причала. Сейчас все лодки вытащены на берег и перевернуты. Вдали, там где лепятся между озером и Маруганом маленькие деревушки, виднелись темные черточки — кто-то, воспользовавшись затишьем, вышел на воду порыбачить.

Через час небо снова густо заволокло и начавшийся дождь прогнал Тиррала от озера. Вода помогла ему стряхнуть излишнюю нервозность. Он не торопясь поел, аккуратно прибрал кухню — она же столовая, она же гостиная, она же спальня. Смеркалось, он зажег лампу и стал ждать.

Глава 2. Гадание

Глава 2. Гадание

Летиция пришла, как и обещала, на позднем закате. Дождливая хмарь снова немного разредилась и дождь поутих, когда она, хлюпая по грязи тяжелыми башмаками, опираясь на палку и ругаясь сквозь зубы подошла к дому с протекающей крышей.

Одета гадалка была в свой обычный плащ с низко надвинутым капюшоном, под ним скрывалась тяжелое шерстяное платье. Атрибуты своей профессии — синюю накидку, скрученную широкополую шляпу и еще что-то плоское, похожее на поднос она несла в узелке. Тиррал помог ей забраться на крыльцо, заставил почистить башмаки о выступающую доску и провел в дом.

Сначала гостью требовалось угостить. Глянув на приготовленный стол, Летиция иронически хмыкнула, но это не помешало ей через пару минут, выпив полный стакан вина за здоровье именинника, уписывать за обе щеки сыр, колбасу и хлеб. Рыбу Тиррал дальновидно припрятал. Сам почти не ел — обедал поздно, да и опять от волнения скрутило живот.

Наевшись, Летиция сыто рыгнула и заглянула в опустевший кувшин. Почти все его содержимое перекочевало в ее живот.