— Костя у нас такой, — Марья Алексевна подошла ко мне и погладила по голове, — полон сюрпризов.

В комнате неожиданно стало шумно. Вбежал Добрятников с женой, что-то кричали, Марья Алексевна отвела их в сторону и долго втолковывала властным голосом. А я всё никак не мог прийти в себя, будто мешком по голове ушибленный. Наконец ко мне подошёл Добрятников, похлопал по плечу и забрал девочку.

— На, выпей.

Диего сунула мне в руку стакан, и я проглотил жидкость, не чувствуя вкуса.

— Костя, ты должен взять её к себе, — тихо шепнула мне Марья Алексевна.

— Кого?

— А кого ты сейчас спасал?

— Ксюшку? Зачем? У меня вон Александра с Таней есть, с ними бы справиться.

— Пусть её Диего учит. Добрятниковы не потянут хорошего учителя. А девочка хоть и поздно проявилась, будет очень сильной. Диего, ты же согласишься?

— Куда я денусь, — испанка засмеялась, — придётся.

— Постойте, — я попытался возмутиться, — у меня по дому скоро сплошные рыжие ходить будут, прямо филиал Добрятниковых. Марья Алексевна, я…

— Не спорь, а послушай, что я скажу. В тебе, дружок, княжеская кровь. Посмотри, как люди к тебе тянутся, — и года не прошло, а вокруг уже целая банда собралась. А с младшей рыжей так ещё лучше выходит — сам воспитаешь себе сильного мага. Да не телись ты, пока девочку какие-нибудь Голицыны не увели.

— Пётр Петрович не согласится.

Княгиня рассмеялась.

— Я с ним поговорю, он ещё и благодарить будет. А ты собирайся, девочку надо увезти прямо сейчас.

— Эээ…

— Здесь слишком много народу, толпа может спровоцировать второй приступ. Хочешь ещё раз в пекло лезть?

* * *

Пока Диего и Ксюшка садились в экипаж, Добрятников тряс мне руку.

— Константин Платонович, я уж и не знаю, как вас благодарить! Вы столько для нашей семьи сделали. И старшая при вас, теперь и младшая…