— Сэм, ты такой ханжа.

— Парни? — вмешался Лартин. — У меня план. Не забыли? Я должен вам его рассказать. Послушайте.

— Я не ханжа, — ответил я Гэри. — Просто потому, что я не говорю о… ну ты знаешь… о сексе. Не значит, что я ханжа.

— Я почти поверил, но ты запнулся и покраснел на слове «секс».

— Я не запнулся.

— Запнулся, — снова влез Лартин. Потому что он мудак и к концу дня хорошенько получит по яйцам. — Теперь я могу вернуться к своему рассказу? Уверен, вы точно оцените все грани моего характера. Я энергичный и…

— Так, когда тебя связывали? — поинтересовался я у лучшего друга. — Единорогам не позволено быть распутными. Ты должен быть целомудренным и непорочным!

— Да брось. Как, по-твоему, меня создали?

Эм-м…

— Честно? Я всегда считал, что единороги созданы из солнечного света, радуги и радостных эмоций. Вы просто однажды появились посреди заполненного цветами поля и начали сиять в солнечных лучах. А вокруг летали бабочки или вроде того. — Очень мило. И реалистично.

Гэри покосился на меня, раздувая ноздри:

— Серьезно? Ты идиот. Мои родители жёстко трахались. Целыми днями. В этом смысле они очень безрассудны. На деревьях, около реки, в полночь на кладбище. Нет такого места, где бы они не сеяли свою любовь.

— Господи, — прошептал Лартин. — Я что сплю?

— Отвратительно. Просто отвратительно.

— Эй! Секс между единорогами прекрасен!