Доктор Доу закатил глаза, а Джаспер, казалось, сейчас потеряет сознание от восторга.

- Мистер Фиш, вы тоже читаете «Роман-с-продолжением»?

- Стараюсь не пропускать ни одного выпуска.

- Мистер Фиш…- многозначительно сказал доктор Доу.

- Да-да. Вопросы. Но сперва…

Он поднялся из кресла и подошел к недоуменному доктору и протянул ему руку.

- Вы спасли мне жизнь, доктор Доу, и я вам невероятно признателен. Вы скрыли меня от людей Ригсбергов, рисковали своей жизнью и свободой ради меня. Я вижу, что я вам не нравлюсь, но вы мне очень нравитесь. Вы честный человек, в вас живет понимание той самой справедливости, на которую нынешний мир очень беден. Я рад, что встретил вас.

Джаспер не верил своим глазам – дядюшка смутился! Его обычная бледность чуть отступила, и он отвел глаза, неуверенно пожал руку Фиша.

На очереди был Джаспер. Но Джаспера уговаривать не пришлось, и он сам схватился за руку Фиша. Когда с церемониями было покончено, Фиш вернулся в кресло.

- Ваш человек – надежный? На него можно положиться?- спросил он.

Доктор поморщился.

- Бикни – не «мой человек», мистер Фиш. Он просто изредка помогает мне.

- Как вам будет угодно. И все-таки?

- Бикни сообщит сразу же, если мистер Портер добудет Машину. В этом можете не сомневаться.

Как бы воришке Бикни ни хотелось поприсутствовать при разговоре с человеком, ограбившим самих Ригсбергов, время не терпело, и доктор по просьбе Фиша отправил Бикни следить за особняком Портера, куда, по мнению человека из Льотомна, господин управляющий и должен был переправить Машину как только она попадет в его руки.

Доктор между тем уже нетерпеливо постукивал по подлокотнику кресла, и Фиш понял, что тянуть дальше опасно для жизни. Он доел последнюю конфету, сцепил пальцы на руках, сцепил пальцы на ногах.

- Вы заслуживаете того, чтобы знать всю правду,- сказал он.- Тем более, что я не справлюсь без вашей помощи… Времени осталось очень мало…- Фиш почесал кончик носа и задумчиво уставился в потолок.- Что ж, я все вам расскажу… Меня называют злодеем и преступником, но правда в том, что я просто человек, который ищет собственность своей семьи и не хочет, чтобы она попала в плохие – худшие из возможных! – руки.

И Фиш начал…

Как вам, должно быть, известно, я прибыл в Габен из… другого места. Многие считают, что Льотомн – это хороший город, в котором обитают одни лишь добрые чудаки, в котором на каждом шагу попадаются милые странности, а жизнь полнится приятными неожиданностями. Может, в какой-то степени это и так, но я знаю этот город с другой стороны. Я видел его изнанку, видел его подошву, видел то, что за занавесом. Невзирая на весь этот странный замечательный абсурд, о котором так любят порассуждать те, кто изредка приезжает в Льотомн погостить, это такой же город, как и прочие. И мерзости в нем ничуть не меньше. А порой ты наталкиваешься на его улочках на такое, что навсегда останется в памяти гниющей раной. Там все те же мерзавцы, все те же низменные нравы, а если прибавить к этому восхитительные законы, вроде запрета на сутулость, или абсурдное следование не менее абсурдной моде, то простому человеку жить там становится ой как не просто… Вижу снисходительность в ваших взглядах: я уже заметил, что здесь моду настолько всерьез не воспринимают. Но что бы вы понимали, о чем я говорю, приведу пример: в прошлом модном сезоне было принято быть левшой и душиться луковым парфюмом…