Что ж, Шнаппер всех разогнал под угрозой ареста за столпотворение и велел мне выключить сигнальный колокол и поднимать кэб в воздух, намекнув, что ситуация исчерпана: во всем, мол, виновата погода.

Я убрался с Пыльной площади, а через неделю, вооружившись завещанием вдовы, в дом № 12 на улице Флоретт прибыл некто по имени Драбблоу…

…Сэр Пемброуз прервал рассказ и поджег очередную папиретку. Отпил кофе и постучал пальцами по столу.

Доктор Доу и Джаспер молча глядели на него, ожидая продолжения, но джентльмен-охотник, казалось, погрузился в размышления.

– Как вам удалось избежать печальной судьбы «мух»? – спросил доктор.

Сэр Пемброуз усмехнулся.

– Я несъедобный, в этом все дело. – Оценив хмурые взгляды собеседников, он пояснил: – Табак «Гордость Гротода» – мерзость несусветная, но его дым с примесью средства моего собственного изобретения не позволял им даже думать о том, чтобы на меня облизываться.

– Вы именно так их и травили! – догадался Джаспер. – Дымом!

Сэр Пемброуз кивнул.

– Я использовал «Увядатель Пемброуза», яд для растений, который изобрел, живя в Зинабе.

Доктор Доу покачал головой.

– Вы так и не рассказали, что за карточки с именами хранятся в вашем чемодане.

– Ха! Я был прав: вы влезли ко мне!

– Карточки, сэр Пемброуз. Я так понимаю, это имена и адреса прочих растений, которые прикидываются людьми.

Охотник кивнул.

– За годы, что Карниворум Гротум прячется в Габене, эти твари значительно расплодились. Их около сотни, живущих в разных уголках города, – и это только те, кого мне удалось найти.

– Еще сотня тварей… – испуганно прошептал Джаспер.

– Их не стоит опасаться, – заверил сэр Пемброуз. – По крайней мере, пока что. Я не знаю, что с ними сделали те, что живут на Флоретт, но все они пребывают в некоем подобии лунатизма, ведут себя очень пассивно, не питаются и, судя по моим наблюдениям, никого не похищают. Очень предусмотрительно со стороны миссис Браун: если бы еще сотня растений начала отлавливать горожан в Тремпл-Толл, это не удалось бы скрыть.