Зубная Фея поднялась на ноги и, пригнув голову, чтобы не стукнуться о низко проходящие трубы и торчащие из них вентили, подошла к мистеру Бэббиту и села в соседнее кресло.
– Пора, – сказала она, переключив на панели управления несколько тумблеров и потянув длинный рычаг с круглой ручкой.
Приборная панель подсветилась рыжими и багровыми огоньками.
Зубная Фея запустила прожектора, и те, несколько раз мигнув, осветили то жуткое и зловещее место, в котором скрывалась субмарина: кругом был подводный лабиринт из ржавых балок, торчащих из ила механизмов и даже затонувших судов. Дно канала Брилли-Моу представляло собой настоящую свалку рухляди.
– Мистер Бэббит, отстыкуйтесь от трубы – мы отчаливаем.
Ее спутник кряхтя отстыковался сперва от бутылки, отставив ее в сторону, после чего схватился за вентиль и, несколько раз крутанув его, отсоединил субмарину от почтовой трубы. Толкнув рычаг у основания кресла, он запустил двигатели, и подводная лодка, качнувшись, медленно поплыла к середине канала.
– Мэм, я переключил на вас, – сообщил мистер Бэббит, и его спутница взялась за штурвал.
Субмарина развернулась и медленно двинулась на север, в сторону Хриплого моста. Зубная Фея ловко маневрировала, находя путь, несмотря на ужасную видимость и торчащие со всех сторон обломки балок, крючья и натянутые цепи.
Мистер Бэббит снова взялся за «Шордич-Нордич», отхлебнул из бутылки и поморщился. Только он умел морщиться шумно: его лицо издало шуршаще-скрипящий звук.
– Что такое, мистер Бэббит? – спросила Зубная Фея, не поворачивая головы, – все ее внимание сейчас занимало то, что находилось за носовым иллюминатором.
– Я так понимаю, мы сейчас… э-э-э… откладываем поиск той неведомой твари, что завелась в канале?
В голосе пьяницы-штурмана читалось явное облегчение: прозябать под водой, когда рядом плавает какое-то жуткое существо, уже утащившее с берега со стороны Саквояжни несколько человек, ему было не особо в радость. Хорошо хоть мадам разрешила взять с собой выпивку (хотя, по правде, ей пока просто не удавалось победить его пагубное пристрастие).
– Мистер Бэббит, – сказала Зубная Фея, – разве вы не поняли, что целью погружения было именно это письмо от Б.Т.?
– Но ведь вы сказали Партриджу, что… а как же тварь из канала?
Зубная Фея вздохнула: несмотря на то, что Бэббит был гением во всем, что касалось пружин и шестеренок, порой своими наивностью и недогадливостью он походил на ребенка.
– Все верно: именно так я ему и сказала. Сейчас мне не до его нравоучений и насмешек.
Мистер Бэббит округлил глаза.