Светлый фон

— Кто это?

— Не узнаешь?

— Алекс? Ты жив?! Слава богам!

— Чему ты так удивляешься? Ты же разговаривал с Факиром и знал, куда я отправился.

— В том-то и дело, что разговаривал, — голос Зоба стал необычно обеспокоенным. — Мы все тут долго не могли поверить, что Факир выжил. Если бы он не описал несколько случаев, которые знаем только мы с ним… В общем, мы ему поверили, хотя пустоголовый мне так ничего толком не рассказал. Только похвалился, что жив-здоров и всех нас переживет. А также потребовал, чтобы я начал собирать будущих учеников.

— Это да, это он любит, — хмыкнул Алекс.

— Что вообще происходит?

— В двух словах не объяснишь…

— А ты постарайся! — с нажимом попросил крикун. — А то мы тут не знаем, что думать. То ли радоваться воскрешению Факира, то ли готовиться к худшему.

— Ладно, я расскажу, а твои техники пусть пока проложат путь до следующего хранилища…

Избегая демонстрации своей необычной осведомленности об устройстве и жизни думающих машин, Алекс как можно более подробнее поведал, что такое Факир и в каком состояние находится...

— Проклятье! — чертыхнулся Зоб. — Этот идиот настолько отчаялся что сделал из себя неуправляемую машину!

— Все хотят жить, — философски заметил Алекс.

— Но не все управляют Колодцем. Ты хоть понимаешь, что теоретически Факир может уничтожить Зеранг? А ладно… будем разбираться с проблемами по мере их появления. Но ты, конечно, задал мне задачку.

— Это кто еще кому тут задачки задает… Кстати, а что там с другими командами?

— Одна погибла, одна добралась до цели, — буркнул Зоб. — С такими темпами мы можем не справиться. Надо тебе сказать, что в этом случае…

— Я знаю про проект Ковчег, — перебил крикуна Алекс.

— Откуда?! Кто сказал?

— Да есть пара контактов… Зоб, ты что, думаешь один такой умный? — не дождавшись ответа землянин продолжил: — Не торопись пока с Ковчегом. Если все пойдет как надо, я успею установить передатчики во всех хранилищах.

— Ты так уверен в своих силах? — осторожно поинтересовался крикун, но по голосу было слышно, что тот с трудом сохраняет волнение.