После обсуждения деловых вопросов, уже перед самым концом беседы, видимо, в порядке поощрения и выражения своей благосклонности, стольник выдал нам с Полем приглашения на большой приём по случаю знакомства молодого короля с будущей женой.

На самом деле для нас это было знаменательное событие — не так-то просто «с улицы» попасть на королевское мероприятие такой значимости.

Вот на этом самом приёме и произошла одна неожиданная и не очень-то желанная встреча, преведшая к тайфуну материнского гнева в герцогском дворце. А так же ещё одно примечательное событие, имевшее для нас потом наоборот замечательные и благополучные последствия.

Понятное дело, опять пришлось серьёзно подойти к выбору наряда. В этот раз я остановила свой выбор на лёгком, переливчато струящемся шифоне нежного оттенка «пыльная роза». Пудра в волосах уже раздражала, но деваться было некуда — желтизну в волосах приходилось «гасить», чтобы получать потрясающий благородный платиновый оттенок.

— Надо будет обязательно озадачить Теофиля изобретением какой-то безопасной (хотя бы относительно местных аналогов) краски для волос. На собственную свадьбу, надеюсь, моя причёска не будет представлять из себя пыльное гнездо. - поставила в памяти «галочку» на будущее.

Не знаю, как собираются местные доки «от кутюр» переплюнуть самих себя в нарядах на саму королевскую свадьбу, но в тот знаменательный день это был просто какой-то фейерверк столкновения двух культур в вопросах моды.

Монументальные, стоявшие «колом» и на вид абсолютно несгибаемые от обилия золотой и серебряной вышивки наряды испанских гостей насыщенностью глубоких цветов и тяжеловесностью тканей контрастировали с французской пышностью, цветастостью и блистательностью.

До этого мне казалось, что широкие многочисленные воланы, изобилие кружева, каменьев и цветков в туалетах местных модников и модниц — это предел катастрофического неудобства и неуклюжести. Но всё, как известно, познаётся в сравнении. Испанцы в этом вопросе били все рекорды.

Вся церемония представляла из себя ритуальный «балет» несгибаемых деревянных фигур.

Сама инфанта оказалась юной девушкой с умными глазами — моей ровесницей. Было очевидно, что она чувствует себя немного неловко и чуть робеет от всего происходящего (ну ещё бы!), но держалась очень достойно.

Миловидное лицо будущей королевы освещала приятная приветливая улыбка. И двигалась она, не смотря на совершенно безумный, в плане практичности, наряд (это, естесственно, моё личное мнение), на удивление грациозно.