В общем, в наше отсутствие мой лорд подъехал к баронскому имению. Тео тут же затащил его в дом и представил как нашего с Марком друга. Эмма, встречавшая гостя, объяснила, что мы с раннего утра в разъездах, но скоро должны быть и предложила отдохнуть с дороги, перекусить и, перепоручив его заботам доброй Марлен, удалилась по своим делам.

На шум и суету из своей «кельи» выползла осмелевшая от нашего отсутствия Лаура. Выяснив, что в доме важный гость, да ещё и дворянских кровей, мачеха спешно навела марафет, нацепила самое «весёленькое» из своих траурных платьев и решительно двинула проявлять чудеса гостеприимства.

Как я потом догадалась из рассказа Поля, осознав, что наш друг не только является вторым сыном самого герцога, но и необыкновенно хорош собой, мачеха, видимо, начисто лишилась разума, раз, позабыв про собственный статус почтенной вдовы, ударилась в неудержимое кокетство. Отослав на кухню Марлен, она взялась сама разливать чай и развлекать посетителя светской беседой.

В общем, рассыпаясь в обольстительных улыбках, щебетала красотка не затыкаясь и не давая рта открыть своему «собеседнику». Когда же он, наконец, осознал, что с ним в данный момент откровенно заигрывают, (И кто?! Будущая тёща!) моему возлюбленному стало дурно.

В этот момент, на его счастье, и вернулись мы. Таким Поля ни до, ни когда-либо после я больше не видела.

Заслышав наши шаги, пунцовый, как варёный рак, с плещущим из круглых глаз океаном паники, лорд нёсся мне навстречу, как насмерть перепуганный огромный кот! На секунду показалось даже, что он сейчас самым натуральным образом спрячется за моей спиной и будет долго там дрожать от ужаса.

Решительно обняв меня одной рукой, он молча замер с выпученными глазами, не решаясь сделать ни одного лишнего движения. Естественно, мы с Марком ничего не поняли и взялись радостно обниматься с лордом.

Когда купец, расплываясь в довольной, тёплой улыбке, объявил дочери, что это прибыл мой будущий муж и её зять, я думала, что Лауру прямо на месте разобьёт паралич.

Пару раз хватанув ртом воздух, мачеха покраснела до корней своих блондинистых волос, не моргая неловко сложилась в реверансе и на деревянных ногах, позабыв даже привычно пошелестеть юбками, отправилась в свою комнату. Что думала она в этот момент — история умалчивает. А вот что подумал вспотевший на сто рядов Поль, потом наедине наслушалась вдоволь.

Я молилась всем богам, чтобы Марк не понял, что здесь сейчас произошло. Иначе, боюсь, он задушил бы непутёвую дочь собственными руками.

— Ты почему не предупредила мачеху о моём приезде? — шипел на меня лорд в выделенной для него комнате.