Задумчиво почесав щеку, я, просверлил его взглядом.

— А плевать. Сегодня день потрясающих открытый про это государство.

Поднявшись на ноги, я, сделав шутливый поклон, вышел в приёмную.

— О! Знакомые все лица! Не канцелярии, а рассадник криминала! — издевательски рассмеялся я, разводя руки в сторону.

В помещение стояло четверо парней и девушка. Нацелив на Козырька пистолет, Хела яростно посмотрела на вышедшего меня.

— Ты мне тут глазками не стреляй, — хмыкнул я девушке. — А то кончишь, как твои зайки-ребятки. Кстати, Хела, — произнёс я, подойдя к ней ближе и положив руку на её пистолет. — Как думаешь, эти уроды твои, сразу замёрзли? Или ещё мучались? — произнёс я, вливая силу в руку, замораживая пистолет. — Может, кричали ещё перед смертью? Интересно, тебя они проклинали? За твою идею убить мою семью. Или не успели.

На нас уставились все. И если Юля, от услышанного широко распахнув глаза, из состояния удивления успешно прогрессировала в состояния злости. То вот Козырёк и его сестра, затряслись от страха.

Парни же из канцелярии, услышав про своих друзей, дёрнулись, словно от пощёчины.

— Я убью тебя… — зашипела девушка. Пытаясь вырвать пистолет из моей руки.

— Ага, в очередь детка. В этой стране, убить Барклай-де-Толли, скоро станет национальным спортом. Все пытаются, и не один не смог, — хохотнул я. — Всё красавица, пошла вон.

Хлопнув девушку по ягодицам, я отправил её в объятия стоящего рядом парня с черепом на бандане.

— А за пистолетик спасибо. Мне пригодится! крутанул я его на пальце.

Повернувшись к своим, я приподнял брови.

— Чего сидим? Чего ждём? Особое приглашение нужно? На выход все!

Дойдя до дверей и дождавшись, когда девушки выйдут, я удержал Козырька за плечо. Повернувшись к представителям канцелярии, я остановил свой взгляд на Хлое. Она баюкала замёрзшую руку.

— Значит так. Парень, запоминай этих оболтусов. Это самые тупые люди в этой стране, на сегодня. А вон та девка, — кивнул я на Хлою. — Убила двоих своих парней, в попытке меня проучить. Запомни их, увидишь рядом с нами, убивай.

Увидев, как по рядам канцелярских пошли смешинки, я расплылся в ироничной насмешке.

— Хотя знаешь, не стоит тебе мараться об этих убогих. Я лично им ноги отрежу.

Выкинув руку вперёд, я приморозил всех, находившихся в комнате, по колено к полу. А дверь к управляющему гостиницы и вовсе заморозил толстым слоем.

Полюбовавшись, как эти солдатики рухнули на пол с гулким звуком, я потёр руки.