– Какого черта, Эргон? – злился Айл.

– Так было нужно.

– Я бы порвала тебя голыми руками, – выплюнула Кин и с болью осмотрела кровоподтек на виске Люка, касаясь его дрожащими руками.

– Не сомневаюсь.

Эргон уже собирался уйти, но Катарина сорвалась с места и ухватила его огромную ладонь, прижимая к своей щеке. По лицу Эргона прошла судорога, а суровый взгляд на мгновение потеплел, едва коснувшись ее румяного лица. И как бы старательно он ни пытался его отвести, все равно возвращался к ее зеленым глазам и пухлым губам. Сдавленно выдохнув, Эргон погладил щеку Катарины большим пальцем.

– Прощай, Катарина, – пробасил он, и она всхлипнула, роняя слезы, а потом обернулась ко мне, и я вздрогнула от решимости на ее лице.

Виновато понурив голову, она пролепетала:

– Я не говорила, Тень, но я полюбила. – Ее слова хлыстом били по оголенным нервам.

Я закусила губу, отвернулась в сторону и кивнула, почти без слов понимая, к чему она ведет… Если для открытия порталов у удержания их, чтобы вернуться, нужно именно шесть Жертвенниц, то для прохода в один конец хватило бы четверых, без намека на истощение…

– В этом мире больше не родятся Светлые дети, не будет обрядов, поэтому тебе ничего не угрожает, и я уверена, что Эргон сможет тебя защитить.

Катарина расплакалась, тихо поскуливая, а Оливия принялась успокаивать сестру, но я продолжила:

– Я справлюсь без тебя, Кати, будь счастлива.

– Спасибо, – сдавленно выдохнула она.

Не прощаясь, взявшись за руки, Деас и Жертвенница покинули пещеру, исчезая в темноте коридора.

– Как ты могла ее отпустить? – нахмурилась Кин. – Хотя я думала, что предательницей будет Алия.

– Алия, Алия – чего заладили? – передразнивая слова Кин, насупилась она. – Между прочим, хоть я и перечила, но никогда бы не подставила Тень!

Я хмыкнула.

– Тень, но без Катарины и Софии нагрузка на нашу цепь возрастет, неужели мы сможем открыть проход? – задумчиво проговорила Оливия.

– Сможем, – улыбаясь, ответила я, ведь Завеса в какой-то степени была частью меня.

– Ну вот, Люка я подлатал, – заканчивая вливать темную энергию, сказал Айл. – Можем будить Жертвенниц. Мы наконец-то покинем это место. И я верю, что по пути нам больше не встретится ни единого солдата.