Марик подал знак рукой, слуга быстро выскользнул за двери, и через пару минут в дверь зашла королева с юной принцессой.

— Дорогая, наши люди приехали с ярмарки и хотят порадовать наши взоры изысканными приобретениями.

Принцесса фыркнула.

— Геоциния, ведите себя достойно, — проговорила королева.

— МамА, ну какое изящество они могут привести? Крашеную в луковой шелухе мешковину?

— Тем не менее я настаиваю, чтоб ты воздержалась от своих дерзких выходок.

Геоциния натянула улыбку и, сделав книксен, выразила готовность следовать за мамА и папА.

Приобретения короны были разложены на столах и вызвали восхищение короля и королевы и недоумение принцессы.

— Господа, где вам удалось это купить? — не удержалась от вопросов принцесса.

— О, наша юная принцесса, нам продал эти товары представитель города Пригорье, купец…

— Коробочкин, — подсказал Ван-Олен.

— Коробочкин? — снова фыркнула Геоциния.

— Геоциния! — строгий голос королевы напомнил почти восьмилетней принцессе о манерах.

— МамА! Я хочу попасть в Пригорск и своими глазами увидеть первоисточник поступления такой красоты.

— Но, дочь, это далеко, скучно и очень опасно! — возразила королева.

— У нас достаточно денег и солдат, чтоб обеспечить мне эту поездку.

— Доченька, но сейчас зима.

— Да, но зимой нет грязи, пыли и комаров, и я настаиваю на этой поездке! ПапА!

— Хорошо, милая. Я договорюсь с людьми князя, но это потребует некоторое количество времени.

Две недели Геоциния металась по дворцу разъярённой тигрицей, при этом не давая родителям повода наказать её за своё поведение. Наконец, слуга известил, что её хочет видеть король, и она поспешила в приёмную отца.