— Ну конечно же нет. Это ведь мой план, а не чей-то ещё. Но если вас что-то в нём потревожит, я с радостью выслушаю любые ваши замечания.

Как будто случайно после этих слов Анри поправил табличку на своём столе, гласившую, что приём обращений происходит в нечётные дни не чаще двух раз в месяц и по предварительному согласованию не менее чем за четыре недели.

Ноа даже знала, кто ему эту табличку подарил — она сама, пару лет назад. Правда, Галлен шутку не понял и воспринял написанное скорее как руководство.

— Как я только могла подумать о таком. С радостью прочитаю ваш доклад завтра.

— С удовольствием его послушаю, — с приторной вежливостью вторил ей Анри. — Можете быть свободны.

Ноа отсалютовала и, развернувшись на месте, пошла прочь, пылая от гнева, которому наконец можно было дать выход. Этот старикан бесил её с той самой минуты, как он помпезно явился, забрав у неё всех подчинённых кроме Альта, которого назвал абсолютно бесполезным.

Не то чтобы ей было обидно за своего ленивого помощника, она вполне согласна с такой оценкой, но всё равно было неприятно!

После полутьмы палатки закатное солнце неприятно резало глаза. Караул, стоявший у входа в обиталище Галлена, с опаской расступился. Это были солдаты Ноа — Анри не привёл с собой никого, кроме своего ассистента, невзрачного, даже на фоне своего командира. Уж кто-кто, а эти ребята знали, когда их командующая, пускай и бывшая, не в духе.

Впрочем, на них Ноа и не собиралась срываться. Для таких целей у неё имелся Альт Цион. Долго искать его или причину не пришлось: он валялся у неё в палатке, на её диване и, накрыв голову вчерашним номером «Вестника войны», похрапывал.

— Альт Цион!

Адъютант дёрнулся и сразу же замер, найдя, как ему казалось, приемлемое объяснение своему поведению:

— Я не сплю, а читаю, у меня близорукость.

— У тебя криворукость, причём врожденная. Почитай лучше это, — Ноа кинула ему или вернее в него папку с докладом Галлена.

— На туалетную бумагу вроде не похоже, а пахнет даже хуже, — только увидев, чьё имя стояло на заглавной странице, заметил Альт.

Такая оценка Кейтлетт пришлась по душе, и она впервые за последний час улыбнулась:

— Галлен хочет, чтобы я это прочла завтра перед всем Тофхельмом.

— Что, прям перед всем? — отвлёкшись от изучения доклада, уточнил Цион.

— Нет, конечно! — язвительно ответила Ноа. — Перед королём, его свитой и ещё сотней других высокопоставленных офицеров.

— А, ну да, почти весь, — въедливо заметил адъютант. — Остальными двенадцатью миллионами можно пренебречь.

— Читай давай, — скривилась Ноа, чьей сильной стороной математика никогда не была.