― Мы столько прошли без вас, думали, вы погибли…

― Два дня гауптвахты вы уже себе заработали, — я остановил этот поток сознания жестом.

― За что? — удивился Кай.

― За пораженчество! Вы не должны были допускать и мысли о моей гибели! — сообщил я нравоучительно, и, дождавшись, пока радость у него на лице сменится отчаянием, добавил, — на ваше счастье, в честь летнего солнцестояния будет объявлена амнистия.

― А почему не в честь вашего возвращения? — усмехнувшись моей шутке, поинтересовался капитан.

― Потому что это само по себе праздник.

Оставив Кая, которого переполняли эмоции, вместе с его подчинёнными сторожить фланги, я отправился дальше, достигнув наконец колонны сбоку. Измученные ходьбой солдаты в такой близкой сердцу и знакомой форме тридцать третьей бригады отдавали чем-то родным, практически домашним. Хотелось кинуться и обнять кого-нибудь с криком «наконец-то, родненькие»!

Однако подобная радость определённо была односторонней. Солдаты, увидев меня, отреагировали примерно никак. Некоторые, конечно, приободрились, заметив, что командующий обратил на них внимание, но не более того. Словно все они только что максимум этим утром меня уже видели.

Я ожидал куда как более яркой реакции на возвращение. Мои надежды на это окончательно похоронил какой-то сержант:

— Командующий? Вы вроде были только что во главе колонны? И верхом…

— Да вот прогуляться решил… — ещё не понимая, что тут происходит, но уже смутно подозревая, ответил я.

— Вас кэп ушёл искать… капитан Ноктим в смысле.

— Надо — найдёт. Так держать, бойцы!

— Так точно! — хором раздалось мне ответ.

Полностью обескураженный происходящим, я двинулся вперёд, намереваясь найти Леона и остальных людей, принимающих решения.

На всём протяжении пути меня встречала одна и та же реакция от подчинённых, точнее полное отсутствие оной. Будто, по мнению окружающих, их командующий и не пропадал никуда. У меня, конечно, были определённые сомнения насчёт собственной важности в армии, но чтобы НАСТОЛЬКО всё было плохо, я и подумать не мог.

Ближе к голове колонны ситуация и вовсе стала пугающей: солдаты при взгляде на меня замирали на секунду, словно у них выскакивала системная ошибка.

Долго искать причину такого не пришлось: она остановилась передохнуть в тенёчке скалы, чуть в стороне от марширующих солдат, где компанию ей составляли граф Сайрас, а также капитаны Эльт и Ноктим.

В целом это была практически полная моя копия, если не считать такого МАЛЮСЕНЬКОГО факта, что Гун-Гуна просто переодели в мою одежду. Он даже свой обычный халат не снял! Не говоря уже про волосы и фонарь.