— Всё будет хорошо.

А я почувствовал, как девушки округлили и выпучили глаза от увиденного. Они молчали, но в воздухе висело то, что говорило — вопросов будет куча и от всех, и на все я должен блуду ответить. Тут же внутренне содрогнулся — ведь кто-то из нас может не вернуться, а значит не все зададут свои вопросы. Я разозлился, сжал кулаки, и решил для себя что, если от меня будет что-то зависеть — я это обязательно сделаю. Сделаю, даже если придётся самому умереть.

Вот так просто они пришли, Император Нави айен Асма Астро’Эльт и моя тётка, Агла унт Сок. Никакой охраны, никакой свиты и другой мишуры. С другой стороны, я вспоминал как тётя стояла против нескольких носителей дара и даже смогла создать заклинание. Так что возможно это нам всем нужна охрана. Ну и не стоит забывать, что мы на территории университета, здесь все стены пропитаны защитными заклинаниями.

— Все за мной. — махнула рукой тётя.

Я застыл с раскрытым ртом и в этот раз пучить и округлять глаза пришлось мне. Прямо перед ней открылся разлом — точно такой же какие я видел за стеной. Словно кто-то ножом прорезал пространство, прорезал неровно, лезвие было заточено плохо и местами просто рвало то, что режет. Я смотрел на подрагивающий воздух и полосу в нём. Тёмную, скрывающую что-то что пугало меня до самых кончиков волос.

Девушки одна за другой пошли в разлом, прямо за тёткой и наставницей, а я всё стоял и смотрел. Мне вдруг стало страшно, губы и рот пересохли, я трясущейся рукой потянулся за флягой и выпил холодной воды. Немного полегчало, но всё равно страшно было шагать вперёд за всеми.

— Страх? — удивлённый мужской голос рядом.

Я вздрогнул, когда он положил мне руку на плечо. Посмотрел на светловолосого мужчину, который был моим императором, молча кивнул и пересилив себя сделал шаг вперёд. Не дело мне, мужчине, пугаться того, чего не боятся женщины. Пусть в этой жизни, мире, стране — мужчины — это не то, что я помню из своего прошлого.

Шёпот я услышал ещё тогда, когда оказался вблизи разлома. Тихий, непонятный, множество голосов что-то говорили. И я почувствовал, что часть из них удивлена, они обсуждали меня, они пытались говорить со мной.

Когда зрение прояснилось, в голову тут же вонзился рой всяких слов, понятных и не понятных. Одни были на языках, которые я знал, другие я просто даже не мог выполнить. Но всё вместе было очень громко, мне стало плохо и пришлось опустится на колени, зажать уши руками, но это почти не помогало.

— Что с ним? — рядом оказались несколько теней.

— Не знаю, белый как призрак стал перед входом, а теперь это. — я узнал голос Императора.