— Информация с сегодняшнего дня засекречена. Мы не будем предпринимать никаких шагов, во всяком случае пока. — он осмотрел всех присутствующих, они опять закрылись. — Я объясню наше решение — если когда-то Эстар’Сайен действительно станет аватаром — это будет наш аватар. Даже если в нём воплотится Хаос или Тьма — это будут наши Хаос и Тьма.

— Один раз, часть наших предков, уже пошли по пути Хаоса, и мы знаем к чему это привело. Сейчас в мальчишке может зародиться другая сила, и мы не можем сказать — будет ли она так же губительна нам как Хаос. — покачала головой Кентри’Тен, вздыхая, тоже всех осмотрела, сказала решительно: — Но я согласна — пока другого решения нет. Предлагаю заняться поиском всех знаний что есть в нашем распоряжении, и что касаются проводников силы и аватаров.

— Мы должны будем заниматься этим лично. — встала со своего места обычно очень тихая Элна.

— Что делать с агентами Союза — теперь ясно зачем они охотились за графом. — подала голос Эндор’Сени.

— По их информации у парня есть артефакт-источник. — усмехнулась Старая Крыса. — Мы сыграем на этом, заодно попробуем найти предателей. Я уже сообщила кое кому что мальчишка передал «источник» Империи, так что он не интересен Союзу.

— Пусть будет так.

— Пусть будет так…

Женщины вставали и утверждали принятое решение, последней поднялась жена. Агла завершила аркан магии крови, в этот раз все женщины скривились, чувствуя его. Но ни одна не издала ни звука и больше ничего не говоря они отправились на выход.

— Что делать с этим? — спросила Агла.

Старуха держала в перчатке хрустальный шар. Артефакт, за которым собирался барон Тривил. Наверное, он и правда рассчитывал его получить — как довесок. Но не повезло, ничего у парня не получилось. Зато теперь был выбор — привести в порядок последнего наследника баронства или…

— Молодой барон ведь разбился на днях. Мне доложили, что он сорвался со внешней стены своего замка, — сказала властительница недовольно, нахмурившись. — Это хорошо, я не хочу больше слышать о фамилии Тривил.

— Простите, айен, до меня ещё не дошли эти вести.

Старуха кивнула, убирая артефакт в свою бездонную сумку на поясе. Развернулась и пошла к выходу, собираясь связаться со своими подчинёнными в баронстве. Она получила прямой приказ и выговор, в котором ей намекнули — указание должно было быть исполнено ещё вчера. Никого не волновало, что «ещё вчера» никто до неё не доносил никаких решений. Раз барон разбился вчера — значит разобьётся по её приказу «вчера».

— О чём задумался? — спросила женщина, когда они остались наедине.