Селин хищной походкой проскользил ко входу и замер.

Наверное, много кто спросил бы: «Миша, а нахрена ты, скажи пожалуйста, устроил эти вот шпионские подкрадухи, когда мог по-человечески добраться сюда, причем куда быстрее? И нет, Михаил, не надо говорить, что ты желал остаться незамеченным. Уж если твоя великолепная Механизма способна расчистить путь для каких-то шальных девок, одна верхом на другой, то неужто своего создателя подведёт».

Ну что тут сказать, кроме того, что у кого-то детство в одном месте заиграло. Разве что: «Да что вы понимаете... в военно-космической юморе!» Ну и, развернувшись, гордо удалиться.

Так вот, подкравшись к двери, Миха дал разрешение Мехе на открытие прохода. После чего стремительно, но бесшумно проник внутрь. Следом — резкий прыжок к воседающему на софе из Баока́нского велюра крупному ма́лому с массивными плечами и мощной квадратной челюстью. На столь стремительный выпад Флитанж отреагировать не успел, и токсин, попавший ему на слизистую носа, спустя 13 миллисекунд отправил гиганта в царство порхающих бабочек и радужных пони. Крючконосый же и бровастый Кованэ — единственное что успел предпринять, это попытался упасть на колени и сложить в молящем жесте руки. Но и на него не менее эффективно подействовал препарат, который во всех медзаключениях потом будет определен как так называемый Грязный Старикашка. Селин же, вытерев палец от соплей своих жертв, огляделся.

Да, уничтожить этих двоих было мало. Нужно было дискредитировать и опорочить их так, чтобы даже здравые идеи, некогда озвученные ими, отныне ассоциировались с тем душком, что они оставят после своей столь неблаговидной кончины.

Жестоко, подло, гадко, возможно бесчеловечно. Всё так. Но жизнь вообще штука не самая добрая. Так что блаженны неведающие. Такими лучше и оставаться. Легче по ночам спится.

Более задерживаться здесь Миша не стал. Он выполнил свое дело, хотя подобное можно было легко доверить хоть тем же дроидам, но уж очень загорелось в одном месте у неутомимого приключенца самолично поиграть в ниндзю. А так от него требовалось лишь создать нужное вещество, которое имитировало бы передоз столь одиозной дурью, исполнить же доставку можно было любым из тысячи и одного доступных способов.

Грязный Старикашка был весьма презренным наркотиком в мире, где любой обладатель не самой дорогой нейросети и оборудования, уполномоченного или сертифицированного на химические манипуляции внутри организма, мог вполне легально и, главное, безопасно обдолбаться. Вспомнить ту же музыкальную машинерию, что имеет возможность сделать музыкальную композицию ярче. Или те штуковины, что настраивают на нужное настроение в определенном месте твоего любимого парка. Понятное дело, что чернь довольствуется всякими дешевыми аналогами и вариациями, но всё равно, вводить в себя постороннюю непонятную химию тут считается уделом совсем уже безбашенных или опустившихся. А конкретно Грязный Старикашка был той еще гадостью.