— После того случая я туда больше не ходил. Отец сгинул, а других мужчин в семье не было. Погибни и я, матери пришлось бы тяжело, — если я верно понимаю его тон, последняя фраза подразумевает вовсе не моральные терзания. Скорее что-то вполне конкретное и осязаемое.

Сбоку стоит Вэнр, внимательно прислушивающийся к беседе. А я проясняю ещё один момент.

— Сможешь проводить к этому месту? Хотя бы просто показать путь? — если сейчас получу согласие, то основная задача, считай, будет выполнена.

— Да. Наверное. До склона довести точно смогу, там ничего опасного нет. А дальше вы уже и сами не ошибётесь, — особой уверенности в его тоне нет, но формальное согласие воин озвучил. Уже неплохо.

Пытаюсь выяснить какие-то детали, но тот на самом деле ничего не знает. Прибежавший ребёнок скончался, так ничего толком и не рассказав, а никто из воинов не вернулся. Я уверен, что лидер деревни посылал и новых разведчиков, которые были намного осторожнее двух первых отрядов, но, судя по всему, результаты их рейда предпочли скрыть от жителей деревни.

Правда, не совсем понимаю, какой в этом смысл? Если этот паренёк смог самостоятельно добраться до нужного места и всё выяснить, то на такое способен любой из местных.

— А как давно в озёрах появились пустотники? Перед этим вы не замечали тут никого странного? Может быть, твой ярл что-то говорил по этому поводу? — стоящий рядом Вэнр неожиданно вклинивается в беседу, а я непонимающе морщусь.

Ярл? Почему сейчас я расслышал это слово именно так? До этого, разум воспринимал титул лидера деревни, как “вождя”. Что изменилось?

— Почти двести дней, как озёра заражены тьмой. Ярлы пытались найти выход, но в конце концов решили, что честнее всего будет определиться в ходе сражения, как наши предки, — в словах сквозит некоторая злость. Судя по всему, сам он методы предков не так уж и одобряет.

Хм. Теперь мозг слышит слово “ярл” и из уст местного воина. Какой-то сбой жетона? Значение обоих терминов практически идентично, но разница всё же имеется. И если в данном случае это не так критично, то при других обстоятельствах, использование не того слова может вылиться во вполне реальную проблему.

— А что по поводу чужаков? Появлялся тут кто-то? — форинг напоминает о другой части вопроса и воин отрицательно качает головой.

— Появись кто на нашей территории, мы бы знали. Да и откуда тут взяться чужакам? — теперь в голосе парня звучит лёгкая подозрительность, а поэт сразу же поворачивается ко мне, вопросительно поднимая брови.

Когда наш проводник тоже переводит взгляд на меня, понимаю, что придётся что-то ответить.