Я думала, поэтому наемник погнался за мной вместо того, чтобы стрелять.

— Чарли! — выла Маурья с верхней ступеньки лестницы. — Я знаю, что ты внизу — и я знаю, что ты в ловушке. Я уже грабила подобные контрольно-пропускные пункты и знаю, что есть только один выход.

«Да, такой ты еще не грабила», — и с этой мыслью я нажала на кнопку.

— Поднимайся по лестнице медленно, подняв руки, и я не буду стрелять сразу, — сказала Маурья.

Я должна была тянуть как можно дольше, потому что мне было нужно, чтобы наемники оставались поблизости, пока не прибудут костюмы. Так что я сделала, как она говорила, и меня так грубо схватили наверху лестницы, что я чуть не потеряла сознание от боли. Черные точки выступили перед глазами. Я лишь мельком увидела то, что происходило вокруг меня.

Меня потащили по грязи. Кто-то поднял меня и резко бросил на землю. Во всю спину впились металлические прутья — не холодные от непогоды, а как-то согретые. Мои запястья болели. Их зажали по бокам и сдавили спереди и сзади.

Что-то холодное плеснули мне в лицо, и я внезапно проснулась.

Наемники привязали меня к решетке машины. Мои запястья были широко раскинуты по обеим сторонам тела и крепко связаны с изогнутыми концами решетки. Я не могла сосредоточиться на их лицах. Солнце встало за их головами, и от этого все они казались тенями.

Наконец, кто-то сел на корточки передо мной и сильно ударил меня по лицу.

— Ответь мне! — кричала Маурья. — Кто послал тебя за нами? Какая банда?

— Банда? — простонала я.

Она снова дала мне пощечину.

— Я знала, что с тобой что-то не так. Кто умеет писать? Но я на это попалась, — в ее глазах читался яд, она добавила, — Ты… все испортила.

— Я… знаю, — ответила я, ухмыляясь. Какой смысл стараться не злить ее? Мы все равно все умрем.

Маурья больше не била меня. Она встала и опустошила обойму винтовки на землю рядом с моей ногой.

Шум был оглушительным. Он ранил мои уши, они звенели. Я должна была кричать, чтобы пережить боль. И я ощутила облегчение, когда, наконец, услышала пустой щелчок.

Но мое облегчение длилось недолго.

— Принеси мне еще обойму, — рявкнула Маурья. Она присела и закатила мою штанину. — Я начну здесь, а потом я буду работать над тем, что-то немного… важнее.

Я не знала, что она имела в виду. Затем она приставила ствол винтовки к моей ноге, и я услышала шипение. Я почувствовала запах еще до того, как ощутила боль — и это была острая, калечащая боль. Такая боль, от которой у меня перехватило бы дыхание, если бы я не была уже в двух шагах от смерти.

— Скажи мне, кто тебя послал.