— Меня никто не посылал, — сказала я с захлебывающимся смехом. — Мне просто нравится взрывать вещи, и вы казались теми людьми, которые заслужили это.

Маурья схватила меня за горло. Я ощутила, как ее ногти впились почти до крови.

— Послушай меня, маленькая зараза…

— Босс! — закричал один из наемников. — У нас неприятности.

По земле позади наемников расцвело еще больше теней. Я чувствовала гром в задней части своих ног, когда экзокостюмы бросились на нас. Они двигались так же, как люди, даже лучше, чем люди, потому что их длинные конечности перепрыгивали равнины в два раза быстрее, чем человек.

Красные огни вырвались из их оружия и ударили по наемникам. Их огромные, похожие на когти руки сгибались в идеальном унисоне — будто они двигались с одним разумом.

И единственной мыслью в этом разуме было убить.

— Просто стреляйте в них, — нетерпеливо сказала Маурья.

Наемники пытались, но это не помогло им. Как только они увидели, как их пули отлетали от костюмов, они потеряли твердость духа.

— В грузовик! — закричала Маурья. — Вернитесь туда!

Она и еще один наемник забрались в кабину — остальных порвали на куски.

Я старалась не смотреть. Я видела так много крови в своей жизни, и я не хотела, чтобы еще больше крови было последним, что я увижу. Поэтому я смотрела на небо, на то, как раннее солнце касалось облаков и окрашивало их мягкость в колеблющиеся оттенки золота.

Я не отвела взгляд. Части тела шлепались на землю рядом со мной, и волны горячей крови били мне в лицо. Даже когда я услышала, как костюмы ломали грузовик, как старую консервную банку, а крики Маурьи исчезли в хрусте ее костей, я не отводила глаз от облаков.

Я хотела смотреть на что-то прекрасное в момент смерти. И я не…

— Ах!

Острая боль пронзила меня за глазом. Эта боль отличалась от боли в остальном теле: горячая и заряженная, будто она поражала новый набор нервов, по которым еще не били. Это была та же самая боль, которую я испытала, когда жук попытался просканировать меня своими датчиками.

Я опустила взгляд с неба и увидела склонившийся надо мной экзокостюм. Он не нападал на меня, не сдирал плоть с моих ног. Просто наклонился.

Его сканер скользил туда-сюда по моему лицу, скелет внутри сильно бился о стекло шлема. Я не знала, что делать. Глаз убивал меня болью, и я не могла его закрыть. Я не могла защитить его от сканирующего света.

Что он пытался сделать? Изжарить меня?

Наконец, свет угас, и боль прекратилась. Костюм все еще не убил меня. Я слышала, как в его груди лихорадочно щелкали механизмы. Через мгновение он сказал: