Плетут пауки свои интриги и не смолкает смех за маской маскарада!» — сей короткий стих даст наиболее полное представление о жизни на правом берегу тем, кем лирика любима и коими отвергнут грубый слог трудяг.

А между Паноптикумом и Термитником, вдоль берегов Дита, раскинулся Данвич.

Относительно благополучный район Алигьры имеющий довольно интересную историю.

Во времена первой инквизиции, замеченных в колдовстве было принято не сжигать на кострах, а топить в водах. Отсюда и происходит название района — Данвич.

Которое, в свой черед, представляет из себя объединение двух слов старого наречия, общий смыл коих обозначается как «вода» и «ведьма».

Что до реки, то по старым поверья, уходящим глубоко седую старину, именно она служила странным мостом соединяющий мир живых и царство мертвых. Согласно легендам, во времена полной Луны, утопленники поднимались с глубин и бродили среди живых до восхода солнца. А порою, можно было встретить у ее берегов странного паромщика и за небольшую плату, оный соглашался переправить живого на ту сторону.

Согласно тем же преданиям, никто из смельчаков решивших отбыть в царство теней обратно не возвращался.

Но, это не более чем легенды. Человеку здравомыслящему и рассудительному в них верить не пристало.

Традиции уже давно потеряли свою мистическую власть, уступив трон разуму и науке.

С другой стороны, паромщиков можно было так же легко встретить как во время полнолуния, так и при свете дня. Только являлись они не существами мифическими а людьми смертными из плоти и крови. И плату брали за проезд Имперскими марками.

Пароходное судно, воплощающие в себе симбиоз инженерной мысли и смелости покорителей морских просторов, скользило вдоль берегов Дита по мрачным, отражающим Лунный свет водам.

Где-то внутри его чрева, за удобным столиком вели неспешную беседу двое мужчин.

— Интересное время вы выбрали для возвращения в родной город, уважаемый мистер Новак. Очень интересное. — произнес немолодой мужчина, чей возраст уже перешел отметку в половину века.

Некто, увидев сего почтенного джентльмена, мог обратить внимание на гордый «римский» профиль лица, но большинству запомнятся круглые очки с позолоченной оправой и аккуратная ухоженная бородка.

— Что вы подразумеваете под этими словами, уважаемый господин Фредерик? — задал вопрос его собеседник. Мужчина тридцати одного года возраста с серебряным кольцом на указательном пальце правой руки.

Присмотревшись более внимательно, можно было различить выжженные на кольце символы и небольшой алмаз больше похожий на осколок хрусталя.