Они собирались вместе.

Они обживали города и медленно, но верно изгоняли оттуда жителей.

Вертыши не боялись радиации, что и вовсе пугало. Последние слухи говорили, что на обычных людей они открыли охоту, активно, впрочем, собирая технику и прочие остатки цивилизации. Распознать одинокую особь могли только ведуны – некоторые люди как-то чувствовали вертышей. Или кошки. Как вариант.

– Михаил, вы ранены? – Он отвлекся от грустных мыслей, с трудом перебираясь через завал из упавших деревьев. Рюкзак цеплялся за ветки, хотелось плюнуть на все, сесть на бревно и часок отдохнуть. Жаль нельзя.

– Нет. Это… Травма, в общем. Я дойду куда надо, Вика…

– Виктория! – строго поправляет девушка. Она-то легко лезет через самый бурелом, с каким-то даже удовольствием. Сумка, довольно увесистая на вид, висит у нее на плече, никак не замедляя передвижение. Кроме кота, иногда выглядывающего с видом пресыщенного жизнью аристократа, там негромко позвякивает. Металлический такой звон, характерный.

– Травма… – Михаил запретил себе вспоминать, как голыми руками стаскивал с себя рухнувшую кирпичную стену. Как орал, стараясь пробиться через завал, ломая ногти, чтобы вытащить жену и близнецов. Как…

Ладно. Хватит. Достаточно.

– До точки минут двадцать. Справишься? – Виктория смотрит на Светку. Та совсем расклеилась, чихала, вытирая нос рукавом, покрытым уже блестящей коркой. Но идет исправно, уж не хуже Михаила.

– Да, Виктория! – четко отвечает девчонка. – А как кису зовут?

– Не важно, – резко бросает спецназовка и лезет в очередной завал. Вроде, не тайга, а еле идут. Даже есть приходится на ходу: Михаил вытаскивает сделанные на предыдущем привале бутерброды из хлеба с холодным мясом. Никто не благодарит, но и не отказывается.

Дальше топают молча, пока в ровном частоколе деревьев не становится виден разрыв. На поляне, рядом с домиком из почерневших от времени бревен обнаруживаются колодец, небольшой сарай и – совсем уж неожиданный здесь – небольшой вертолет. Черная двухместная машина, без опознавательных знаков, затянутая сверху сеткой. С воздуха и не разглядеть, хотя – кто сейчас летает- то?

– Офигеть! – не сдерживается Светка. – Вот это да…

Виктория сердито глядит на нее через плечо, но молчит. Кот одобрительно осматривает место назначения, облизывается и больше в сумку не прячется. Так и оглядывается вокруг, пока вся группа не заходит в дом.

Михаил поднимается по скрипучим ступеньками последним. Обернувшись на вертолет, понимает, что перед глазами всплыл завершающий кусок карты. Как ломтик паззла вложили в финальную свободную ячейку. Убежище обозначено звездочкой. Да, отсюда по прямой восемьдесят семь километров. Забавная психотехника… Надо же было так попасться под руку полковнику тогда, перед последним ударом по городу. Им, семерым выжившим в штабе, включая гражданских, карту в голову и всунули. Вспышка света и гуляй, вспомнишь по мере приближения. Дошли остальные, нет – кто ж их знает…