– Как будто, если я тебе откажу, тебя это остановит…

Я слегка улыбнулась и направилась к выходу. Джейн последовала за мной.

Пирс провел нас через лес и вывел к небольшой опушке, на которой завалившейся на бок избушкой, доживала свой срок обитель знахаря.

Соратник Люциана постучал в дверь. За ней раздался шорох. Затем она немного приоткрылась, пропуская серый утренний день во мрак деревянной постройки. Низкая тень смотрела на нас из темноты, изучая каждый закоулок наших образов.

– Вампирам здесь не рады, – отрезал хозяин дома, сделав выводы обо мне и моей спутнице.

– Это наши союзники, – пояснил Пирс.

– Всё равно! – бросил нам знахарь и захлопнул дверь.

– Открывай, давай! – наш проводник настойчиво стучал по древним дощечкам, служившим преградой для входа.

Хозяин снова выглянул наружу и сделал шаг назад, пропуская нас внутрь избушки.

Мы оказались в небольшом помещении, уставленном по периметру стеллажами. В центре находился стол, высотою до пояса. На нем лежали книги с древними заклинаниями, начертанными на ветхих страницах, пожелтевших от времени, стояли пробирки и колбы со сваренными зельями и ядами, рассыпаны порошки и сухие ветки растений. На стенах висели сушеные грибы, нанизанные на потрёпанную верёвку. Везде полыхали зажжённые свечи, делавшие воздух в, и без того, замкнутом пространстве, непригодным для дыхания.

– Зачем пожаловали?! – хрипловатым и недовольным голосом прошелестел знахарь.

– Расскажи им то, что говорил нам, – произнес Пирс.

– О чем? – он хитро прищурился.

– О ведьмах, – пояснил наш спутник.

– О каких ведьмах? – с незаметной усмешкой бормотал хозяин избушки.

– Не прикидывайся! – отрезала я. – Ты все понял!

Он замер в неестественной для него позе – позе удивления и недоверия. Затем ему пришла в голову мысль о том, что неплохо бы было проучить молодую вампиршу.

– Девочка, я старый, больной человек… А ты мне говоришь такие оскорбительные вещи, – изображая на лице страдания, обратился он ко мне.

– Сколько же тебе лет? – обманчиво смягчилась я.

– Сто тридцать шесть… – тяжело вздохнув, подсчитал он.