Генерал с подозрением посмотрел на говорившего.

— Арсений Иванович. Если Вы назовёте и третью фамилию, то я не знаю что сделаю….

— Не назову, Виктор Федорович. А знаете почему? Вчера вечером поговорил с капитаном, который оказался первым из наших на месте и беседовал с этими деятелями. И у него и у меня после просмотра фотографий, сложилось мнение, что третий человек не из их команды. Он «пристяжной». Скорее всего, наняли парня водителем и попросили переодеться в другую одежду, мол, их друг в запое, а их, по факту, должно трое. Ну, это я так, сейчас придумал, на ходу. Как капитан мне рассказал, то молодой был как бы всё время в стороне. Не подходил к коллегам с вопросами, да и вёл себя как-то не так, как работала бы слаженная бригада настоящих прокурорских работников. Да и водители в бригаде прокуратуры не носят служебную форму, а я на снимках увидел, что к форме тот не привык. Висела на нём как чужая. Вот, пожалуй, на этом и закончу.

— Спасибо, Арсений Ивановию. Много действительно важной и подробной информации…

- -

Совещание продолжалось. Полковник Ярый слушал других, а его мысли были далеко от происходящего.

- -

— «Если Игорь был на позиции дублирующего стрелка и увидел своего «кровника». то мог и сработать. Он же сказал «Шприцу», что вышел «работать по профилю» и встретил «старого знакомого». Притянуто за уши, конечно. А вдруг? И почему он сказал, что ЭТО будет мне интересно.

А мины? Знаю, что «Косой» сапёрное дело знал отлично, но, блин, лет-то сколько прошло… Как он разобрался с этими навороченными штуковинами? И почему мины с собой унёс? И как он вообще вышел на точку? И кто его опять подписал? Да и что за долги такие, когда их надо отдавать кровью других людей? Вопросы-вопросы-одни вопросы…

- -

И мысли его об Игоре плавно перескочили на те события, в которых они участвовали много лет назад… в Афгане…

- -

За своими размышлениями и воспоминаниями он и не заметил, как совещание закончилось. Подхватился с места, когда соседи стали вставать. И только направился со всеми к выходу, как его остановил голос генерала.

— Сергей Павлович. Задержитесь, пожалуйста, на минуту. Есть вопрос к Вам лично.

Когда все вышли, генерал указал Ярому на стул рядом с собой.

— Ну что, волнуешься за свою внучку?