Обрадованная этим изменением, Эолин приветствовала Ренату объятиями и дружеским поцелуем. Вместе они уединились в палатке Верховного Мага.

— Я покинула Восточный Селен, как только до меня дошло известие об аресте Кори, — сказала Рената, когда они сели. — Это трагедия, Эолин. Огромная потеря для всех нас.

— Мы пока не можем предаваться трауру. Сны Ришоны указывают на то, что Кори жив, и его раны вылечены.

— Но до меня дошли слухи, — руки Ренаты нервно шевелились у нее на коленях. — Говорят, что он отказался от восстания и поклялся в верности Королю-Магу.

— Я знаю, — Эолин не нравилось, когда ей об этом напоминали. — Как думаешь, это правда? Он предал бы нас?

Рената покачала головой.

— Я слишком долго считала Кори своим другом, чтобы избавиться от привычки верить ему. Но он был учеником Церемонда, он — двоюродный брат короля. Полагаю, до того, как все это закончится, станет известно, кому он верен.

Эолин отодвинулась и прикусила губу. Неуверенность тяготила ее сердце. Она поднялась на ноги, достала книги, которые Маг Кори дал ей в Селен, и положила их перед Ренатой.

— Это единственные анналы военной магии, которые у меня есть, — сказала она. — Все они от него, от мага Кори.

Рената взяла один из томов и полистала его.

— Они подлинные? — спросила Эолин. — Думаешь, они будут полезны?

— Я не знаю. Я не обучался такой магии.

— Но ты знала людей, которые это делали. Ты что-нибудь помнишь?

Рената положила книгу на стол.

— Они использовали священные круги, используемые для передачи мужества воинам, и различные виды пламени и проклятий. Ахмад-мелан, например, и…

— Ахмад-купт?

— Да. Смертельный заряд, — Рената нахмурилась. — Ты нашла это заклинание в этих книгах?

— Я думаю, это оно, — Эолин потянулась за другим томом и вытащила из-под обложки небольшой листок бумаги. — Он был вставлен между страницами, будто кто-то оставил его там по ошибке. В томах нет заклинаний огня войны и подобных проклятий, а если и есть, то я их не нашла.

Рената пробормотала первое слово проклятия, пока читала. Ледяная дрожь пробежала по спине Эолин. Наставница прикусила губу и молча рассмотрела оставшуюся часть заклинания.

— Столько насилия в этих словах, — она осторожно положила бумагу. — Да избавят тебя боги от необходимости их использовать.