Даниил при этих словах едва не подавился многострадальной колбасой и, сильно закашлявшись, с вытаращенными глазами уставился на подопечную. Что означает последнее слово, он понял прекрасно. В том, что шейни – это сестра мужа, не усомнился ни на миг. Остальные отреагировали не лучше. У Эллианы улыбка медленно, но верно сползала с лица, уступив место выражению глубочайшего шока. Легрин едва не вернул обратно часть завтрака, уловив намек на то, что непорочное божество может превратиться в падшего ангела. Верующим фанатиком он не был, но и представить союз высшего существа со смертным не мог. Зайра просто замерла, не донеся очередной кусок до рта, и вместе с остальными уставилась на говорившую, как на живое чудо. Правда, не очень радующее чудо. Один Константин смотрел не на нее, а на Даниила, силясь понять, сколько правды в сказанном. Он в божественность драконов не верил: магически сильно одаренные долгожители, живущие обособленно – вот и все. Зато видел явную симпатию к человеку одной из них и нежелание принять это со стороны человека.

А вторая по очереди наследница правящего драконьего рода продемонстрировала еще большее смущение и буквально пролепетала:

– У людей ведь заключают брак, если саме… э-э… мужчина и женщина… ну-у, ты понимаешь…

Однако по подозрительно прищурившемуся взгляду «будущего мужа» поняла, что со смущением явно переигрывает. Достоверность страдает. И уже более уверенным тоном, отбросив мнимое смущение, закончила:

– Ну, короче, когда самец переспал с самкой!

Но и с прямолинейностью вышел очевидный перебор. После этого заявления лица Эллианы и Зайры сделались такими, словно их чем-то тяжелым по голове треснули. Да не один раз. Осмысленность во взглядах обеих на некоторое время пропала.

Легрин – бывалый воин, взрослый мужчина, медленно заливался краской, как услышавшая откровенную пошлость невинная девица. А вот Константин откинулся на спинку скамьи, всем видом показывая, что готов продолжать просмотр спектакля. Ему для понимания хватило изменившегося взгляда друга, которым тот готов был убивать. Виновницу такой интересной реакции угадать не составляло сложности.

Даниил действительно подумывал о расправе. Только не летальной. В своем воображении он представлял, как от всей души отшлепает эту пигалицу за ее выходки! Сколько же можно?! Нашла чем кузину отвлекать! Понимал, что собственные фантазии таковыми и останутся – он никогда не поднимал руку на женщину. Но как же хотелось провести воспитательный процесс! И вдруг Дан осознал, что в мыслях его действия претерпели некоторые изменения, стали более мягкими… Так, стоп! Куда его несет? Охотник начал отвешивать себе мысленные подзатыльники, приводя мозги в порядок. Помогло. Стоит отметить, что немалую помощь в этом нелегком деле оказали и смешки веселящегося Гринга. Быть осмеянным собственным перстнем совершенно не хотелось.