— Юра, ты смотрел пьесу Лопе де Веги «Собака на сене»?

— Конечно.

— В таком случае, знай: ты мой Теодоро. Стану ли я Дианой де Бельфлёр не знаю, но ни одной Марселы рядом с тобой я не допущу.

— Сурово. — ухмыльнулся я.

— Ты лучше скажи, что послужило непосредственным толчком к твоей тоске?

— Странный вопрос, и неожиданный…

— Может быть, какое-то воспоминание?

— Да, действительно, было такое. Помнишь, я рассказывал про мужика, с которым мы вместе лежали в больничке, только я выздоровел, а он помер?

— Конечно же, помню.

— Знаешь, я пообещал, что помяну его, устроив комсомольские поминки. Да. А потом напрочь забыл о своём обещании.

— Здесь ты неправ, Юрий. Нехорошо забывать о своих обещаниях. Только мне непонятно: тот человек был неверующий? Почему именно комсомольские поминки?

— Это очень противоречивая история, Катя. Валерка Иваниенко безо всякого сомнения был глубоко верующим человеком. Другой вопрос, что он люто ненавидел официальную церковь, вернее церкви. Валерка не верил ни одной из конфессий, а уж священников презирал всех однозначно.

— Мне знакомы подобные типажи. В старших классах школы я даже участвовала в социологическом исследовании по вопросам веры.

— Значит тебе понятно, о чём я. Валерка несколько раз повторил, что в настоящих коммунистах и комсомольцах живёт бог, а в попах и их капищах бога нет.

— Ты знаешь, Юра, твой Валерий во многом прав: священники, точнее, большинство из них, являются простыми исполнителями. Если угодно — клерками в своих конторах. Для искренне верующего человека встречи с такими священнослужителями очень болезненны. Здесь бы я припомнила нашу первую встречу: помнишь как уныло и скучно бунтовали профессора кафедр научного коммунизма? Я очень ярко помню твоё к ним брезгливое отношение.

— Настолько было заметно?

— Не представляешь, насколько. И учти, многие участники митинга увидели и отметили твою реакцию. Мстить, конечно же, никто не станет, но подвернётся случай — сделают гадость.

— Уверена?

— Не сомневайся: в части людской злопамятности я многих могу просветить, поскольку специально изучала этот вопрос.

Машины тем временем покинули Москву и мчались на юго-запад по Наро-Фоминскому шоссе.