— В своем донесении, — аккуратный ноготок Снежной Королевы постучал по информационному планшету, — ты указываешь, что Лорд Бонтери вел себя двулично, прослеживалась смена настроения, манеры держаться и говорить, от открытого заигрывания он перешел к психопатическому бреду, высказывая угрозы завоевания секторов, лояльных Империи. Ты подтверждаешь правдивость этих записей?

— Да, госпожа Директор, — медленно произнесла Элизабет в пространство.

В противном случае она бы не внесла подобные данные в донесение, опасаясь последствий, которые настигают каждого агента, который по привычке занимался приписками или приукрашиванием действительности и столь необходимых фактов.

Было страшно.

Так, что подташнивало.

Элизабет держалась исключительно на своих морально-волевых качествах, понимая, что любая оплошность может заставить Снежную Королеву расценивать ее не как ценного агента, а как недотепу, которой не место в возрождающейся Имперской Разведке.

— Что тебе известно о фреске, которую тебе передал Бонтери?

— Только то, что я вам и рассказала.

Исард разгладила безупречно сидящий мундир.

— И то, что было сообщено тебе в рамках инструктажа к заданию, не так ли?

Элизабет до боли сжала пальцы меж собой.

Ну конечно!

Как она могла забыть о данных агентуры?

И ведь помнила их при выполнении задания.

Почему не сказала об этом сейчас?

Молодая женщина-агент почувствовала, что краснеет, заливаясь стыдливым румянцем.

Исард с интересом следила за безуспешными попытками подчиненной скрыть дрожь.

— Все верно, мем. Данные агентуры мной так же использовались, — с горечью признала свою неточность Элизабет.

— Неплохо, — губы женщины дрогнули, как будто она собралась улыбнуться. — Умение признавать свои ошибки — первый шаг на пути к их исправлению. Но, не надейся, что у тебя будет много времени для того, чтобы научиться действовать так, как подобает имперскому агенту.

Ну, значит сейчас ей снесет голову Суверенный Защитник, и все, она отправится к своим друзьям, казненным ранее…