Пушистик развел короткие лапы и виновато оскалился, мол, сорян, так получилось.

— Усилитель? Ушастик? Зубастик? Пушистик? Шерстяной? Ай!

Слушателю надоело мотать головой, и он снова зарядил в меня молнией.

— Ладно, понял, производные от внешних характеристик не канают. Ага. Гроза боссов? Ай, мля! Не пафосное, понял.

Когда я писал книги, именно имена вызывали у меня самые большие сложности. Описать драматическое событие, от которого у людей идут мурашки или льются слезы — пожалуйста. Только происходить оно будет всегда с Сашами и Лешами в крайнем случае с Палычами... Даже питомцев в играх у меня звали «пет номер один», «пет номер два» и так далее.

Ладно, пойдем от противного, нужно придумать что-нибудь дурацкое... Пространственный кристаллоид. По первым буквам. Пр-кр. Надо гласную. Про-кр. Прохор? Прекрасное имя для крестьянина в девятнадцатом веке. Проша...

— Проша? — спросил я и сжался в ожидании удара молнией.

Зверек замер, задумчиво закатил глаза, а потом широко улыбнулся, и в его лапках в свете яркой вспышки появился красный кристалл.

Когда я забирал его, то ощущал себя собакой Павлова — получаю награду за правильное действие. Ну и ладно, лишь бы почаще!

— Хорошо, Проша! Приятно познакомиться! Как насчет того, чтобы дела обсудить? Хорошо. Ты надолго со мной?

Кивок.

— Будешь помогать?

Сильный кивок.

— Я что-то тебе буду должен?

Хитрое выражение на мордочке, подрагивающий хвост и вроде как ножкой водит по дивану.

— Ясно. Я пойму, что и когда?

Кивок.

— Ты будешь качаться и становится сильнее?

Кивок.

— А сейчас какого уровня.