Придется выйти за привычные рамки.

Я падаю в белый мир: огромную, гостеприимную гнилую губку, в которой каждая складка как сам мозг — живой организм, каждая клетка — охотник, каждый полип выставит желудок и переварит меня снаружи. Меня переваривают споры, но, насыщаясь, они становятся мной, и я думаю, я думаю, я эхо, я отзвук — и отзвуков слишком много с л и ш к о м м н о г о я р а з р ы в а ю с

Уважаемый господин Кириакос, добро пожаловать снова в «Интерконтиненталь».

Выйти за рамки.

Только с зубами.

Боюсь.

ему да но раз жени е в ним ние вниман черт черт черт

— Аннабель, — шепчет он, когда мы провели всю ночь вместе, и небо светлеет за дешевой занавеской, которую я повесила, когда переехала, да так и не сменила. — Аннабель. Чудесная.